Узник души. Предназначение

Голова его все ниже склонялась к моей. Я уже чувствовала тепло, исходящее от него.

– Какие глазки? Ты выпил, уйди из моего номера, – все-таки нашла в себе силы сказать ему это. Но видимо лучше было помалкивать – Влада это разозлило. Да уж, за неделю человека точно не узнаешь, я не замечала за ним ни пристрастий к алкоголю, ни вспышек гнева. Казался вполне себе милым парнем, с которым можно провести приятно время.

– Знаю я таких, как ты. Вы всегда из себя строите недотрог, – рявкнул Влад. Его лицо так исказилось, что теперь он не казался мне симпатичным.

Он пошел в наступление: схватил меня за талию, грубо притянул к себе и накрыл мои губы своими, пытаясь настолько впечатать меня в стену, чтобы между нами не осталось даже сантиметра свободного пространства.

Я еще сильнее почувствовала запах и даже вкус спиртного. Правда определить, что именно он пил, не представлялось возможным. В любом случае, мне это ничего хорошего не сулило. Его руки пошли исследовать мое тело ниже талии. Я пожалела, что на мне легкий сарафан, а не плотные джинсы.

Мне не удавалось даже вдохнуть, только стискивать плотнее губы. Когда он попытался увлечь меня ближе к кровати, я уже не могла терпеть, настолько во мне поднималась злость, которая вытеснила из меня весь страх. Я справилась с призраком, а тут всего лишь какой-то подвыпивший парень! Свои руки я просунула между нами, надавила ему на грудь, стараясь вобрать всю свою силу в толчок и отпихнуть гада от себя.

И в этот момент случилось неожиданное: Влад закричал, отшатнулся от меня сам и приземлился пятой точкой на пол, задев стул, который с грохотом упал на бок.

– Что ты сделала, сука? – заорал он истерическим голосом, своими руками он спешно расстегивал на своей рубашке пуговицы. Руки при этом сильно дрожали. Лицо исказила гримаса боли.

– Это не я, – прошептала я, но мой голос потонул в его панических судорожных вдохах.

– Ты видишь здесь еще кого-нибудь? – рявкнул он. Весь его голос пропитался злобой и страхом. Эти же чувства витали в воздухе.

Я отшатнулась от него, на всякий случай отошла ко входу из номера и отперла замок. Осмотрела свои руки: ничего с ними необычного. Руки как руки, только, пожалуй, дрожат немного. Но после домогательств Влада почему бы им и не дрожать? Да и ногти я не отращивала никогда, покалечить ими не могла. Я и не сжимала руки на его груди.