Сплетение чар и крови

Три миллиардерши азиатского происхождения точно бы привлекли внимание людей из ордена.

В один из солнечных дней я постучалась к Бекке в комнату. Оттуда сразу раздался окрик:

– Да входи ты, Кейтлин! – она безошибочно угадывала, что это я. Ведь стук Пенелопы отличался от моего – был резким и настойчивым, а мой – коротким и выжидательным.

Не успев сделать и шаг в комнату, я погрузилась в воспоминания. Иероглиф на футболке, его рука на моём плече. Внимательный обеспокоенный взгляд. Порхающие пальцы над экраном моего смартфона.

Такие мягкие (ну я так думала) волосы. Николас. Всевидящий квадрат.

Из динамика ноутбука сёстры билась такая знакомая песня: «Я брожу в темноте»… Слова будто проникали в самую душу и оставляли там отпечаток.

– Ну ты чего замерла? – спросила Бек, крутанувшись на компьютерном кресле. На ней был надет облегчающий сарафан с крупным синим цветком. На лице красовался яркий макияж. Даже если она никуда не собиралась идти, макияж все равно наносила. Видимо и Бекке было так же скучно, как и мне.

Раз она всячески старалась себя занять. А боевую раскраску она могла наносить на лицо часами: стирая тон и нанося заново, критически осматривая результат и начиная все по новой.

Изначально я хотела позвать Бекку в ресторан перекусить. Но услышав Николаса, я вспомнила, что сегодня пятница. Парень будет репетировать с ребятами из группы по указанному адресу. Что-то колыхнулось внутри моей грудной клетки. Будто кто-то буквально потянул меня по направлению к Николасу.

Вот твоя следующая глава в жизни. Не попробуешь, не узнаешь. Начни общаться с людьми. Что может случиться плохого?

Я встряхнула головой и начала:

– Бек, не хочешь сходить со мной….

Сестра не дала мне договориться:

– Ой, Кейтлин, давай не сегодня в кафе. Я через двадцать минут договорилась созвониться с Тадао. Ты же знаешь, как нам редко это удаётся. Он же шифрует связь.

Я тяжело сглотнула и лишь кивнула головой.

– Вот и славненько, – улыбнулась Бекка и снова крутанулась в кресле – повернувшись назад к ноутбуку.

Уже не глядя на меня, она сказала: – Давай сходим куда-нибудь завтра. Или послезавтра. Можно поесть тако или устриц.

Выйдя из комнаты, в голове по-прежнему раздавалась мелодия группы. Даже после закрытия двери я отчетливо слышала голос Николаса.

Может оно и к лучшему. Не судьба. С Беккой бы я точно решилась бы на такой шаг. Без неё – нет. Ее безрассудство могло быть заразительным.