Последние дни Пангеи. Первое чувство

Перед перевалом ко входу в пещеру шамана встретила пожилая знахарка. Одета она была в длинный, местами ободранный бытом балахон из тончайшей зелёной кожи. Поверх кожи, в области плеч и края балахона, висели украшения в виде засмоленных цветных листьев диковинных растений.

– Здравствуй, Инга?! – приветствовал Рошан.

Старуха, морщась и поправляя редкие седые волосы, показала беззубую, но ещё клыкастую улыбку и, разведя руки да быстро перебирая ножками, направилась к вождю.

– Рошан, сынок, давно ты не поднимался к пещерам старцев! – трепетно приветствовала она.

– Инга, ты же знаешь – настали времена Большой Охоты. Нужно было подготовить отряды к отбытию, – с печалью в голосе ответил шаман. – Надеюсь, ты соскучилась?

Дрожащие руки женщины коснулись плеч вождя. Затем последовали тёплые объятия. Через мгновение Инга взглянула на лицо Рошана и шутливо потрепала косу его бороды.

– А ты уже взрослый! – пошутила старуха и, кряхтя, рассмеялась во весь голос.

Улыбка на её лице углубляла чешуйчатые морщины и старила знахарку.

– Я приготовила зелье, мой мальчик, – просмеявшись, сказала Инга и подхватила вожака под руку. – Оно поможет тебе быстрее успокоиться и собраться с мыслями. Хорд поведал, что этой ночью ко многим обратились духи. Такого раньше ведь не случалось? Они хотят, чтобы мы ушли отсюда? И что это за странная звезда, о которой с утра мне Радон вещал?

– Да, Инга, так и было, Заврини предупреждают нас о чём-то.

– Нет, мой хороший, зов я не слышала. Но я видела, как пестрили небесные огни. Смотрела, как вихрь свечения из Шатра Пламени поднялся над поселением. А Варн-то мой смышленый, да? Вспышку только вот не углядела… Я, видимо, задремала в тот момент. И звезду я таки тоже не заметила. Ой, старая я, совсем слепа, – вздохнула женщина, – и глаза Заврини уже не подвластны мне.

– Перестань Инга! Наговоришь ещё. Вечность Луна тебе пусть светит! Куда мы без тебя? Кто нас всех будет целить?

– Ана будет целить, сынок. Она уже готова к единству шамана.

За этой беседой вождь и знахарка добрались до пещеры. У входа, возле обжитых мест у костра, сидели Хорд, Радон и ещё несколько старцев и охотников. Соплеменники трапезничали.