Последние дни Пангеи. Первое чувство

Одни стреляли по нему из лука, другие лупили палками, третьи спорили о Большой Охоте или о том, кто из них ловчее и быстрее. Стоял гул. Среди этой суеты возле трапезных костров на подстилах небольшими группами сидели женщины и пожилые мужчины. Они то и дело выкрикивали своим отпрыскам замечания о дурном поведении и тут же переключались обратно на взрослые беседы.

Варн заметил только что прибывшего вождя. Невысокий худощавый ремесленник – отпрыск бывалого ловчего Хорда – впопыхах собрал свои короткие тёмные волосы, закрепил их костяной заколкой и направился к Рошану.

На правом глазу ремесленник носил повязку – поговаривали, что Варн, когда совсем юн был (восьмой десяток лун от роду) с араукарии плюхнулся случайно, да так, что глазом на сук напоролся!

– А, Варн! Ничуть не сомневаюсь в твоём творении! – воскликнул вождь и, подняв руки, указал на просторы шатра.

– Приветствую, Рошан! Сегодня наши отряды узрят свет Кострища, и ни один охотник больше не потеряется в землях Пангеи!

Единственный карий глаз находчивого Варна блестел от предвкушения.

Варн не сомневался, что Тотем Пламени сработает.

– Конечно узрят! Благодаря тебе мы построили этот шатёр, – придавая ещё больше уверенности соплеменнику, провозгласил шаман. – Ну что же. Посмотрим, как работает твоё Кострище?

Одноглазый одобрительно кивнул и направился к своему очагу за факелом, а вождь бегло осмотрел сидящих в шатре и сразу подметил Ану. Она расположилась у костра с женщинами в другом конце постройки и тискала голубоглазое чадо.

Дитя случайно уловило взор своего покровителя и, вырвавшись из материнских рук, побежало навстречу.

– Па, Па!

Рошан улыбнулся. Суета в шатре на миг приутихла. Сородичи обратили внимание на ребёнка, а затем и на вожака.

– Вождь пришёл! – прокричал кто-то. – Поджигай тотем!

Первые люди приветствовали Рошана, посвистывая и тарабаня ногами и дубинами по земле. Заиграли бонго и конго. Поднялся радостный шум-гам!

Светловласая девочка добежала до отца, и он подхватил её на руки.

– Па, а где ты был? Мы уже хотим Кострище! – звонко затараторила она. – Давай, поджигай!

Вьющиеся волосы О?ми были заплетены во множество косичек, а чертами лица она походила на Ану. И лишь большущие голубые глаза да чешуйки на скулах указывали на сходство с главой рода. В правом ушке ребёнка торчала серьга из коготка Лазуна, на кость которой с помощью смолы хвойных деревьев была приклеена пропитанная той же смолой красная полевая бабочка.