Погоня за ветром

Принц Лео – мой польшой трук!

…Вскоре уже недавние школяры, сытно отобедав горячими щами и начинённой овсяной кашей свининой, расположились наверху в светлой комнатёнке с забранным слюдой окном, выходящим на шлях. Это место боярского дома как бы выступало наружу и нависало над забором. Из окна было хорошо видно всё, что творилось на улице. А там, разгоняя кур и гусей, скакали взад-вперёд литовские ратники в кольчатых доспехах, у многих за спинами колыхалось что-то наподобие крыльев.

– Что их тут столько, право слово? – удивлённо спросил товарища Тихон.

– Не к добру это, друже. Помнишь, когда мы во дворец въезжали, литвин там, Войшелг, возле крыльца распоряжался.

– Дак и что? Войшелг сей – кум князя Льва. А сестра еговая – за князем Шварном.

– Неспроста, думаю, они тут отираются. – Варлаам задумчиво вздохнул. – Вот что, Тихон. На княжий двор нам покуда соваться не следует, а вот проведать, что да как, не мешало бы. Потому давай-ка переоденемся да на торг сходим. Всё там узнаем.

Переоблачившись в долгие серые свиты из валяного сукна, нахлобучив на головы грубые войлочные шапки, друзья оглядели один другого и, удовлетворённо заметив:

– И впрямь стойно крестьяне, – поспешили за ворота.

Торжище располагалось на подоле[60 - Подол (или посад) – торгово-ремесленный район в древнерусских городах, как правило, слабо укреплённый или совсем незащищённый.], у подножия горы, невдалеке от берега речушки. Широкую пыльную площадь окаймляли с одной стороны утлые мазанки и землянки городской бедноты, огороженные кое-где плетнём или просто густым кустарником, а с другой – крутой овраг, по склонам которого тянулись более богатые хаты гончаров и кожемяк.

Друзья остановились возле прилавков торговцев щепетинным[61 - Щепетинный товар – то же, что галантерейный.] товаром. По соседству молодая краснощёкая бабёнка в цветастом платке с оранжевыми жар-птицами бойко торговала розовыми шиферными пряслицами.

Тихон уже готов был подскочить к ней, но Варлаам цепко ухватил его за широкий рукав свиты.

– Не время. После, – зло одёрнул Низинич товарища и повернулся к торговцу пуговицами и застёжками:

– Скажи, мил человек, что такое в Холме стряслось? Суета, шум какой-то, вершники[62 - Вершник – всадник, верховой.] иноземные по улицам разъезжают.

Маленький длиннобородый купчик поманил Варлаама перстом и, когда тот склонился к нему, вполголоса оживлённо заговорил:

– Князь Данило при смерти лежит.