Принц восточного ветра

Адмирал церемонно раскланялся с обеими дамами и поблагодарил их за спасение от уличной толкотни.

– Ах ты, шалунья! – с игривым негодованием напустилась баронесса на Таю. – Опять ты все делаешь наоборот. Прибытие принца – тайна из тайн. Нужно было притвориться, будто вы ничего не знаете.

– Вот так тайна! – рассмеялась Тая. – На улице – не протолкнуться, а народ все прибывает и прибывает. Им-то кто рассказал?

– Слух пробежит – не удержишь, – заметила Цаца.

– А где герцогиня с охраной? – осведомился адмирал. – Разве она сама не хочет поприветствовать Леммонта?

– Ее светлость задерживается.

 – Губы Лайры тронула тонкая, придворная улыбка. – Она узнала о прибытии дорогого гостя всего полчаса назад, и теперь спешно готовит покои к его приему.

Распахнутые настежь Полуденные ворота едва удалось очистить от толпы. Из каменной караулки выбежали привратники и постарались изобразить что-то вроде почетного караула, однако служак хватило лишь на то, чтобы выстроить вдоль улицы тоненькую цепочку, после чего их строй обрывался, и начиналось столпотворение.

Цаца раскрыла дверцы пошире, чтобы сидящие в карете смогли лучше рассмотреть происходящее. Тая таращилась во все глаза, но видела лишь пустой проем под воротами, да головы игрунов.

Неожиданно толпа охнула и взволновалась. Самые нетерпеливые вырвались из толкучки и взмыли над головами, но стражники принялись грубо осаживать их обратно. В воротах показался цензурион Шипилио Жмых. Стальные чешуйки, нашитые на его кожаный доспех, сверкали в лучах недавно взошедшего солнца.

Тае попал в глаз маленький солнечный зайчик, она зажмурилась, а когда снова открыла веки, то увидела, что горделиво вышагивающий цензурион ведет под уздцы ездового шершня.

Верхом на шершне неловко покачивался усталый путник. Он выглядел лет на двадцать, если не больше. Глаза цвета светлого янтаря, как на одной из Таиных бусинок, глядели на окружающих настороженно, будто не веря, что все эти игруны собрались ради него. Прямой нос и заостренные черты лица говорили, что их владелец побывал в передрягах, а коротко подстриженные каштановые волосы едва виднелись из-под широкой шляпы с белым пером.

Одеяние пришельца указывало на его высокое происхождение. Камзол особого дворянского покроя не имел на груди разреза – он застегивался на спине, чтобы дать больше свободы крыльям. Облачиться в такой камзол самостоятельно, да еще застегнуть за собой ряд перламутровых пуговиц было весьма затруднительно – Тая знала это по собственному опыту.