Лотти

Лотти еще раз взглянула на маму, испытывая стыд за то, что верит всему сказанному в этой комнате. Рациональна часть девушки подсказывала ей, что все, о чем говорит мама – нереально. Но эта же рациональная часть никак не смогла за годы жизни помочь Лотти объяснить причину ее странной способности. В отличие от рассказа Дианы и Нила, который странным образом заполнял все бреши в жизни Лотти.

Нил снова многозначительно молчал. И это только добавляло его образу загадочности. И, определенно, опасности.

Диана рассказала Лотти о том, как именно Нилу удалось ей помочь. Он просто вытащил душу из тела, а затем вернул обратно. Когда мама закончила свой рассказ, Лотти удалось заглушить рациональную часть своего сознания. Девушка безуспешно пыталась собрать свои мысли воедино. И все никак не могла понять, почему ей угрожает опасность, почему те незнакомцы напали на нее и, самое главное, почему она должна пойти с Нилом, который был к ней явно недружелюбно настроен.

– Мам, я никуда не уйду, – твердо проговорила Лотти.

– Боюсь, у тебя нет выбора, – проговорил проводник. Жестким взглядом он буквально пригвоздил девушку к стене. – Ты сама навлекла на себя эту беду, когда помогла Воину Тьмы в парке.

Лотти хотела спросить, кто такие эти Воины Тьмы, но не стала.

– А что, мне нужно было оставить того парня умирать? – Лотти с вызовом посмотрела на Нила.

– Да, – жестко ответил проводник. – Ты должна была позволить мне сделать свою работу.

Лотти не могла поверить, что этот парень злится на нее из-за того, что она не позволила ему увести очередную душу в другой мир.

– Тогда нужно было ее выполнять быстрее, – огрызнулась девушка. И тут же почувствовала укол совести за эти слова. Ведь если верить Диане, именно Нил спас ее.

Слова Лотти подействовали на парня словно пощечина. На мгновение он замолчал.

– Собирай вещи. У меня нет времени на твое нытье.

Лотти беспомощно уставилась на маму. Она точно должна что-нибудь придумать. Лотти же сама слышала, как Диана не хочет ее отпускать. Но мама лишь пожала плечами:

– Милая, так действительно будет лучше, – в ее взгляде Лотти заметила смирение. Диана слишком сильно дорожила своим единственным родным человеком.