Сердце шепчет: Люблю

Она уверенно направилась к одноклассникам и, холодно оглядев присутствующих, обратилась к Никите.

– Что ты тут делаешь? – от удивления Никита поперхнулся колой и засмеялся ей в лицо.

– А ты собственно кто такая, моя мамочка?

– Ты целую неделю отлынивал от заданной работы, я что сама должна писать? Осталось меньше двух дней до сдачи, а у нас ещё ничего не готово! – улыбка с лица парня исчезла мгновенно. Сузив глаза он зашипел:

– Ты ничего не написала? – она похолодела от страха, но нашла в себе силы ответить.

– Нет.

Парень не отрывался от неё и пытался прожечь свои демоническим взглядом, вдруг стало нестерпимо тяжело стоять перед ним, не зная на что ещё он способен. Колени задрожали в тот момент, когда он вскочил с места и стремительно пошёл на неё. Он схватил ее руку и немного отвёл от компании друзей в сторону, швырнул как котёнка. Сделав шаг к ней и подбоченившись, он смотрел угрожающим взглядом, снова он использовал этот приём, чтобы просто подавить ее волю и подчинить себя, думала она.

– Ты чего выделываешься, м?

– Никита, – мягко произнесла девушка, желая успокоить его и остудить его пыл, – у меня не получается, не понимаю, что со мной, просто помоги мне немного, – умоляюще просила Офелия. Его мышцы лица явно смягчились, а руки опустились и глаза забегали.

– Угу, ты зубрилка, дури кого-нибудь другого! Не получается у неё, – забурчал он, – Мстить решила? – зло усмехнулся он.

– Давай хотя бы разок попытаемся, может вместе дело быстрее пойдёт и напишем все за час, а если нет, то я все сама допишу.

В надежде на его милость она смотрела ему в лицо своими большими бездонными глазами, ожидая проявления его человечной стороны, все же веря в эту сторону. У неё нет причин в это верить. А разве вера не исходит от сердца и от неведения? Нельзя поверить в то, что можешь увидеть – это знание. Она поверила ему в тот вечер, когда закружилась с ним в танце, его глаза затуманили ее разум, а слова, произнесённые с нежностью, покорили ее сердце, руки прожгли ее насквозь и навсегда, поэтому она может верить и надеяться, единственная отрада для любящего безответно, не так ли? Немного подумав, он улыбаясь предложил:

– Если хочешь писать вместе, приходи завтра вечером ко мне, к пяти часам примерно, замётано? – на его лице играла лукавя усмешка, которая не могла не вызвать жуткий трепет.

– Никита, – взмолилась та.