Сердце шепчет: Люблю

– Да кто ты вообще такая, что отказываешь мне?! Да я таких, как ты в упор не вижу, а тут ещё стою и веду с тобой беседу, не борзей! – вспылил он от гнева, переполняющего его, демонстративно оглядел ее с головы до ног и, глумясь, продолжил, – Посмотри на себя, как ты вырядилась, лицемерка! Не пойму, ты что, и вправду двуличная? – ни одно слово, как бы он не старался, не ранило ее сердце глубже, чем на миллиметр. Ей не хотелось ругаться с ним, девушка получила желаемое и понимала что нужно поскорее уйти, пока он не сделал или не сказал того, чего не исправишь.

– Ты и не поймёшь, пока не узнаешь меня лучше! – парировала девушка, но произнесла это достаточно мягко. На ее слова поступил истерический хохот, совсем неестественный, даже жуткий.

– Да кому ты нужна? – он сделал паузу и немного призадумался, хитро щуря глаза – Может только позабавиться разок… – вот это было больно! Словно ведро горячей воды опрокинули ей на голову, в левой стороне груди защемило так, что к глазам предательски подступали слезы, но на этот раз она бы их сдержала, даже ценой жизни!

– Отпусти меня, – яростно крикнула она, посмотрев на парня с вызовом, пытаясь напугать и обессилеть.

– А то что? – зашипел он, склонившись к ней и сверля ее рассвирепевшим взглядом.

– А то будешь иметь дело со мной, – прозвучал грозный, но спокойный голос Марселя. Он стоял с суровым видом, в глазах мелькало недоумение и злость, руки уже были сжаты в кулак, что несомненно напугало девушку и ей захотелось сразу же успокоить большого парня.

– Все нормально, Марсель, – хватка Никиты ослабла и она сильно дёрнула свою руку, – Это мой одноклассник, – она кивнула на парня, потирая место на руке, за которое ее держал Никита. Никита же скрестил руки на груди и, одарив Марселя оценивающим взглядом, удовлетворенно закивал.

– Значит, мадмуазель все-таки не одинока, – он, словно разочаровавшись, грустно усмехнулся, косо поглядывая на неё.

– Это тебя не касается, – отозвался он, – На будущее, не подходи к ней ближе, чем на расстояние вытянутой руки, ясно?!

– Чего? – засмеялся Никита, – В таком случае, тебе следует изолировать ее от общества, мало ли, вдруг кто-нибудь дотронется до неё в метро в час пик, – он наигранно изобразил испуг, – Или, чего хуже, толкнёт, что ты тогда будешь делать?

Марсель был уже на взводе, на лбу парня собралась испарина, глаза сощурились, а губы обрели форму двух линий.