Хроники Нордланда: Старый Король

Те, кто совершает подобное, кажутся им просто злом, которое следует уничтожить – как следует уничтожать бешеных животных, которые являются безусловной угрозой. И Шторм в этом смысле был настоящий эльф – что бы он сам про это не думал.

Лодо помолчал. Он уже понял, что его новый друг, и чего там, следует это признать! – ученик, – слеплен из другого теста, нежели люди. Он в самом деле не человек, и многое человеческое ему чуждо. Но не все. И Лодо попытался коснуться той его малой части, что все-таки роднила его с людьми:

– Я не знаю, как это у эльфов…

– Я не эльф! – Предсказуемо огрызнулся Шторм, и Лодо улыбнулся.

– Тогда ты меня поймешь. Мы, люди, отличаемся от эльфов тем, что можем пожалеть того, кто слаб… Протянуть руку тому, кто упал и тонет. Защитить беззащитных, встать на защиту невинных. Кто бы они ни были, люди ли, эльфы или другие существа…

– Да, я видел, как это бывает. – Скептически хмыкнул Шторм.

– Ты видел худшие проявления людской сути. – Возразил Лодо. – Но есть и лучшие. У людей так: они способны на безграничное падение, но и на безграничную же доблесть, на запредельную жестокость, но и на самую возвышенную доброту и милосердие.

– Доктор, например. – Приподнял бровь Шторм. Лодо улыбнулся своей мимолетной улыбкой:

– Согласен, это не тот случай. Но, если верить отцам церкви, даже где-то в глубине его жалкой душонки есть искра света. Пожалеть можно даже такого, как он.

– Согласен: в его случае я эльф.

– Я не знаю, – подумав, пожал плечами Лодо, – как объяснить тебе мое стремление во что бы то ни стало спасти этих несчастных детей и девушек. Но ты должен мне поверить: если я смогу в конце концов вытащить оттуда хоть одну девушку, и она вернется к жизни на свободе, познает счастье или хотя бы безопасность и добро – я умру спокойно, с чувством выполненного долга.

– Только одну? – Не поверил Шторм.

– Только одну. – Твердо кивнул Лодо. – Хотя бы одну. Это уже будет деяние, которое позволит мне надеяться на милость Бога ко мне.

– Я не понимаю. – Шторм думал долго прежде, чем сказать это. Лодо покачал головой:

– Тогда просто поверь мне. А еще – в то, что мы сейчас делаем все для того, чтобы не просто лишить Сады Мечты их рабов и узников, но и вообще прекратить их существование и положить конец преступлениям выродков, которые создали их и пользуются ими.

Это Шторм понимал и приветствовал, к этому стремился и сам.