Пепел Гринлэнда

Мас-Кайл знал, что в Старом Свете – откуда приплыли предки всех ныне живущих в Атрешлэнде – на севере, предпочитали дерево – как символ мироздания, в то время как на юге, чаще встречалось изображение Священной Горы, воплощающей ту же идею.

Проходя по Камино-Ва, Эрн отметил несколько вещей. Во-первых, в этом месте были представлены почти все боги Второго Пантеона, видимо, чтобы подчеркнуть единение общин города. Хотя, представители культа тонагов все же отсутствовали. Это означало, что память о былой вражде по-прежнему жива.

Во-вторых, разнообразие используемых строительных материалов, позволяло проследить историю храмовой архитектуры. Пара старейших зданий – с явными следами ремонтов, без сомнения последствия землетрясений – были сложены из серого камня. Другие из светлого песчаника. Наконец самые новые – из красных кирпичей.

Талвикский храм Ари-Нофера являлся образчиком нового стиля. Одноэтажное здание т-образной формы, с немного выпуклой крышей, сложенное из кирпичей, и с квадратной колокольной башней, перед входом.

Перед входом, на стене обнаружилась плита черного мрамора, с выбитой надписью, гласившей:

«Душа и тело – дарованные каждому с рожденья – слиты воедино. Два цвета переплетены в одно – белый свет дня и непроглядный мрак ночи. Тебе решать что предпочесть. Кому служить добру иль злу, сам выбери дорогу. Конец будет один для всех – суд справедливых богов. Твою судьбу они определят».

Внутри храма, почти сразу возле порога, справа, начинался ряд ниш с узкими входами, прикрытых занавесками.

Агенту не пришлось долго ждать.

Жрецом оказался престарелый гоблин, лет семидесяти, с полностью лысой головой. Несколько давних шрамов на лице, свидетельствовали некотором о жизненном опыте.

– Что привело тебя сюда странник? – голос заставлял прислушаться к себе. Уверенный и спокойный.

– Дело, которое может быть связано с риском, – ответил агент, – и прежде чем приступить, я хотел бы узнать мнение богов.

– Мудрый подход. Никогда не пускайся в путь, не спросив сперва тех, кто царит над миром.

Жрец на миг умолк, словно собираясь с мыслями.

– Однако здесь друг, принято поступать иначе, чем в землях, где ты родился.