Как красные маки…

Это говорит только об одном, что Вы не цените себя.

– Ты что меня учить собралась? – воскликнула она, злясь с ещё большей силой.

– Я готова потерять работу учителя, лишь бы не видеть такую ученицу. – спокойно произнесла я.

– Он скоро разведётся с тобой! – продолжила она, не находя подходящих ответов на мои высказывания.

Но попала она в цель! Она была права. Он разведется. Моё сердце обливалось кровью. Внутри у меня исчезла вся смелость, и, упав в душе на колени, я рыдала горькими слезами.

– Когда разведётся, тогда сидите и ждите.

Вернувшись в зал, я столкнулась с Максом.

– Привет! – улыбаясь произнёс он. – Я уж думал, Золушка сбежала. Артём тебя искал …Что случилось? – спросил он, заметив моё бледное лицо.

– Ничего. …Я хочу уйти. – ответила я, а самой хотелось зареветь от бессилия.

– Эй! – взяв мое лицо за подбородок, Макс посмотрел мне в глаза.

– Я сама себе могу испортить настроение. – буркнула я, улыбаясь сквозь горечь на сердце.

– Сейчас мы будем наказывать тебя за такое! – шутя произнёс Макс, пытаясь развеселить меня. Он увёл меня на большую террасу ресторана, откуда открывался прекрасный вид на город. Отсюда все гости в конце вечера должны были наблюдать великолепный салют. Подав мне бокал виски, он продолжил. – Пьём до дна! Тебе надо расслабиться!

– Я не смогу! – смеясь пробубнила я, осознавая, что влияние Макса действует на меня по – особенному.

– Пей! – подмигивая сказал он.

– Я ищу их, а они тут в двоечка пьянствуют. – произнёс Артём в тот момент, когда мы залпом допили виски.

Я даже подавилась и закашляла, как будто меня поймали с поличным или застукали, как школьницу.

– Никому не говори! – с серьёзным видом произнёс Макс Артёму, похлопывая меня по спине. – Или нам придётся тебя убить.

Полностью забыв о случившемся в дамской комнате, меня охватил искренний смех.

Вечер закончился великолепным салютом. Артём был всегда рядом, и я делала вид, что знаю о том, как сильно он меня любит. В голове кружились слова Ксении, но и им пришёл конец, когда я услышала слова одного милого старичка. Он был владельцем самой большой издательской фирмы города. Прощаясь с нами, он произнёс, что я была единственным украшением этого вечера.