Такие разные

У нее еще был час в запасе, но, не желая больше ждать, она вышла из школы, села в машину и направилась в сторону озера. Оставалось лишь надеяться, что Джена передала записку Тайлеру.

Конечно, можно было сделать все проще: к примеру, найти в справочнике его домашний номер и позвонить, или дождаться, пока он придет в кафе, но Лекси решила дать ему возможность самому принять решение. Возможно, после того, как она ушла от него, когда он просил ее остаться, он и не захочет ее видеть. При мысли об этом у Лекси неприятно заныло под ложечкой.

Лекси съехала на обочину дороги и заглушила двигатель. До времени, которое она указала в записке, оставалось полчаса. И тут волнение Лекси вышло на новый уровень.

Что, если Тайлер не получил ее записку? Сегодня суббота, и возможно, что он чем-то занят. Как раз сегодня он мог и не зайти в кафе. Ну почему она ему просто не позвонила и не сказала, что хочет его видеть? Боялась услышать отказ? Боялась, что он скажет, что она упустила свой шанс?

Лекси сделала несколько глубоких вдохов и вышла из машины.

Лекси спустилась по крутой тропинке к озеру, и когда деревья закончились, она увидела черный «мустанг» недалеко от причала. Он все же получил записку! И он здесь. Значит ли это, что для них еще не все потеряно?

Вздох облегчения вырвался сквозь замерзшие губы. Будто сорвалась невидимая пружина, которая долгое время держала ее в напряжении.

Тайлер стоял, облокотившись о машину. В руках он держал бумажный стаканчик с кофе из «Пирога». Когда появилась Лекси, он выпрямился, и его плечи непроизвольно напряглись.

Тайлер не знал, чего ждать от этой встречи. Когда два часа назад Джена вручила ему записку, он растерялся. Сидел и перечитывал две фразы, написанные мелким, аккуратным почерком:

«В час дня с северной стороны озера. Пожалуйста, приезжай».

Почему она хотела его видеть? Разве Лекси не дала понять, что между ними ничего не может быть, и она остается со своим спортсменом?

Перечитывая записку снова и снова, Тайлер вел внутреннюю борьбу сам с собой.

Тот Тайлер, который последние восемнадцать лет воздвигал вокруг себя барьеры и наращивал дополнительные слои кожи – был против. Этот он понимал, что, скорее всего от связи с Алексис Рендол, принцессы Джерико, ничего хорошего не выйдет. Она была слишком губительна для него.