Когда ты вернешься. Книга 1

«Какое дерево вы предпочитаете?..»

«Обивка из атласа или шёлка?»

«Вот этот немного дороже, но его размер больше».

Я едва сдержалась от неуместного вопроса: «Думаете, там ему будет тесно?»

Мама не плачет, на её лице вообще ни одной эмоции. Я думала, что, когда вернусь, застану свою всегда сильную маму развалиной в слезах, но прогадала. Меня это пугает. Думаю, я бы хотела, чтобы она плакала. Может, тогда мне было бы легче осознать весь масштаб трагедии, что пришла в нашу семью.

Я что, правда хочу, чтобы моя мама плакала?

Это должно быть делает меня паршивым человеком.

Через час пребывания в похоронном бюро я чувствую, что готова сорваться. Я не хочу выбирать гроб для отца. Мне плевать, из какого он будет дерева и какая обивка будет внутри. Я хочу, чтобы мой папа был жив и иметь возможность сказать ему, как сильно я его люблю.

Я хочу позвонить Олли и рассказать ему, как мне больно из-за того, что никогда не увижу отца и не смогу извиниться перед ним. А ещё мне больно потому, что я не могу просто так взять и позвонить Олли.

Я вышла на воздух и, схватившись за поручень, до боли в пальцах сжала его. И вот тогда я разрыдалась.

Ещё одно событие в моей жизни, которое я не смогу исправить.

Когда-то Оливер Мэйсон Скотт назвал меня испорченной. Он тогда шутил, и мы оба смеялись. Но Олли был прав – я испорченная.

***

Вечером, когда мы вернулись домой, я сказала маме, что хочу полностью оплатить похороны отца.

– Бога ради, Шарлотта, я сама могу заплатить за похороны своего мужа!

Мамин голос прозвучал с лёгким раздражением, а потом она поднялась к себе.

Наши отношения с мамой не были плохими, но они усложнились несколько лет назад, и, хотя мы никогда не говорили о том, что случилось, я чувствовала, что мамино отношение ко мне изменилось навсегда.

– Мама злится на меня, – поделилась я с Лиз, когда мы разбирались с едой, которую принесли друзья и соседи.

Сестра взглянула на меня, ставя очередную запеканку в холодильник.

– Ты знаешь из-за чего.

На мгновение я напряглась, испугавшись, что Лиз могла всё узнать, но нет – если бы она знала, то немедленно позвонила мне в тот же момент и потребовала объяснений. Никто, кроме мамы, не знает.

– Ты должна была чаще наведывать их, Чарли, – с укором сказала Лиз. – Папа столько раз просил тебя приехать.

Лиз права, её слова справедливы, но мне всё равно хочется защититься.

– Ты же знаешь, что не могла.