Записки штурмана

Нужно было подниматься, растопить камин и приготовить поесть.

Со стоном я поднялся. Я привык опускать ноги на холодный пол и сегодня мои ступни, как и всегда, коснулись ледяных наструганных досок.

Маргарет вернулась домой к девяти вечера. К тому времени я растопил камин и сварил рагу из козлятины с картофелем. Мне не терпелось поделиться с супругой своими мыслями по поводу пиратства и нашей дальнейшей судьбы. Сердце мое так и рвалось из груди, когда я раздумывал с чего начать и вспоминал все то, что мы пережили с этой мужественной девушкой.

Я вспомнил как, однажды подрабатывая в порту грузчиком, повстречал ее и сразу полюбил. Полюбил ее зеленые как море глаза, нежную улыбку и абсолютную невинность, чистоту и доброту ее души. Звали эту девушку Маргарет Паркер, и она была торговкой рыбы. Как и многое в этом городе, ее также постигла нищета. Ее карманы, как и желудок, зачастую были пусты, а руки и ноги, еще чаще, дрожали от изнурительного труда.

В перерывах между работой, я наблюдал за Маргарет.

– Я сделаю тебя самой счастливой и богатой, – произнес я, когда, наконец, решил подойти к прилавку Маргарет. – Ты никогда не будешь голодать и нуждаться, в чем бы то ни было. Если, конечно, согласишься выйти за меня замуж.

Девушка рассмеялась, и я полюбил ее сильнее.

– Я согласна, – произнесла Маргарет, слегка смутившись. – Мне не нужны богатства. Просто будь всегда рядом, если согласен жениться на мне.

– Обещаю тебе, что буду всегда рядом, – сказал я, и как же скоро, нарушил свои обещания.

Свидетелем нашего бракосочетания был лишь дух святого Патрика, в честь которого был назван собор. Именно там, мы с Маргарет узаконили свои отношения и поцеловались, уже мужем и женой.

Затем мы поехали ко мне домой. Да, в нем было сыро и мрачно. От стен отваливалась штукатурка, краска на дверях потрескалась, окна покрылись пылью. Еще, повсюду была плесень. Но с приходом в дом, моей жены Маргарет, он вновь стал теплым.

Но богатства, которые я сгоряча наобещал Маргарет, все никак не обрушивались на нас. Чтобы не умереть с голода и нищеты я, помимо рытья могил, работал в порту грузчиком. Труд был изнурительным и не благодарным, а денег за эту работу едва хватало на жизнь.