Записки штурмана

Как мне показалось, Шилох увидел во мне своего врага, не того, кто способен пойти поперек капитана и встать в рядах бунтовщиков, а скорее наоборот – того, кто будет обо всем докладывать капитану. То есть, Шилох решил, что я стукач и на корабле появился специально для этого. Самое обидное, что так считали многие.

Никто мне в лицо об этом не говорил, но я догадывался и спустя несколько дней, мои предположения оправдались.

Я уже и думать забыл о том, где нахожусь и с какой целью заступил на службу к пиратам, пока однажды на нашем пути не подвернулось судно.

Капитан, пьяный и голодный до наживы, тут же отдал приказ о готовности к штурму. В этот момент, мое сердце забилось сильнее, и я даже мысленно простился с Маргарет. В таких делах, как пиратский абордаж, можно ожидать чего угодно, и смерти в том числе. Почему нет.

Мы драили трюм, когда с палубы донесся голос мертвецки пьяного Говарда. Его язык сильно заплетался, но слова прозвучали отчетливо:

– Готовься к бою, малыши!

И палуба над нашими головами затряслась от беготни.

Люди сверху носились как сумасшедшие. Мы замерли и стали прислушиваться.

– Что там происходит? – спросил встревоженно Харпер. Было видно – смелость его перед реальной опасностью, в одночасье испарилась. Сражаться на саблях – это не жену свою колотить. Об этом Харпер, кстати, рассказывал вчера, в подробностях и с удовольствием. – Драка?

– Кажется, абордаж, – ответил я.

И в этот момент к нам в трюм спустился один из матросов.

Он громким криком приказал проваливать в оружейную и готовиться к штурму. Мы побросали щетки и ринулись выполнять приказ.

Выбравшись на поверхность, я увидел впереди небольшое судно. Оно было пассажирское, отчего Говард уже ликовал, так как вряд ли мирные жители могли дать пиратам достойный отпор. Только вот мое сердце сжалось от волнения и грусти. Мне совсем не хотелось заносить шпагу над мирными людьми.

Ватными ногами я поплелся в оружейную и получил от командующего кортик.

– Там и сражаться-то не с кем, – пояснил мне командующий. – Просто держи его наготове. А если что, бей в глаз!

Я согласился, и крепко сжимая рукоятку ножа, отправился на поле брани. Наше огромное, дряхлое и ужасающее судно, бороздящее водные просторы под красным пиратским флагом, быстро настигло пассажирскую шхуну. Я видел, как люди на ней в панике бросались в разные стороны и прятались, где придется.