Сквозь пелену времени

Она делала все возможное, чтоб не видеть нас и не слышать. Мне же было без разницы, обсуждать что-то в ее присутствии или нет. Немного было даже неудобно перед ней, я же заняла ее дом, да еще и так бесцеремонно выгоняю. Фактически выгоняю не я, но разговор ведь со мной ведется.

– Мне сын… Святослав… сегодня утром поведал… – неуверенно начал Иван.

– Что? Не стесняйтесь, говорите, – добродушно хотела поддержать я.

– Вы чести вечор ону грамоту… – он протянул мне один из листков.

– Да, – мимолетно окинула взглядом листок и совсем успокоилась, узнав тему беседы, хотя меня значительно забеспокоило слово «чести», ведь я не знаю, что оно значит.

– Вы умеете чести? – голос гостя терял прежнюю неуверенность, но становился удивленнее с каждым моим согласием.

– Да, – неуверенно отозвалась я, надеясь, что это слово – значит «читать».

– Но кто вас обучил? – похоже, у него был шок от того, что какой-то бедный человек, тем более девушка, умеет читать.

– Там, где я жила раньше, учили читать всех, – немного заулыбалась я, припоминая свои школьные годы.

Но тут же собралась и даже незаметно напряглась: как бы не ляпнуть лишнего.

Мужчина удивлялся все больше:

– Тогда льзя я вас проверю? Смогете ли вы прочести, шо писано на этих хиртиях?

Он протянул мне остальные листы бумаги. Ему хватило и двух документов, чтоб удостовериться в моих словах. Это были какие-то договора с кем-то из города Новгорода о поставках каких-то товаров. Я не вникала в смысл содержания, это было мне абсолютно неинтересно.

Но, честно сказать, читать мне было трудновато. Эти документы были написаны по старым правилам и старыми буквами, некоторые из которых сильно отличались от привычных нам. Спасало от провала то, что я, еще будучи в своем веке, немного научилась читать старинные буквы и понимала деловой сленг.

На прочтении второго договора, Иван остановил меня.

– Верю, ве-рю! – сказал он голосом человека, убедившегося в том, что чудеса существуют, и, вместе с этим, до глубины души удивившегося этому.

После непродолжительной паузы уже обычным деловым тоном он продолжил:

– Раз вы и в правду разумеете, я бы хотел предложить вам работу. Скажите, а писать вы могете? А счислять?

На оба вопроса я просто кивнула.

– Абие я предлагаю вам быть учителем моих детей! – удостоверившись, но не проверяя, он решил мне предложить и продолжил: – Понимаете, я хочу, шоб мои сыновья были обучены грамоте. Старшие уже немного умеют читать и писать, обаче младшие еще ни.