Новое время

Браун неуверенно коснулся руки главы, как бы удостоверяясь в том, что она еще здесь, а ему ее двойник отнюдь не привиделся. Однако сама глава тоже была немало удивлена подобным раскладом.

– Селина?.. – Селена шагнула ближе к только что названной девушке. Чарльз последовал ее примеру, с невольным интересом, но куда большим негодованием наблюдая за происходящим.

– Что у тебя с глазами? Они же были зеленые…

Радость Селины быстро сменилась легким трепетом, который та чувствовала каждый раз при виде главы. А еще тогда, когда она представляла себя на ее месте.

– Эта дура решила прибегнуть к магии, чтобы изменить цвет глаз! – Селина хотела возразить, но ей и слова вставить не дали. – Не отрицай, что дура! Ты могла бы лишиться зрения, понимаешь, дурья твоя голова?!

– Прекрати оскорблять меня, Фуку! – тут же взвилась девушка, отмахиваясь от юноши, словно от назойливой мухи.

– Он за тебя волнуется, – тут же встряла Селена и укоризненно покачала головой.

Селина заметно стушевалась, но тут же нервно улыбнулась, махнув рукой.

– Это уже неважно. Главное, что получилось!

Она схватила притихшего Фуку за руку и потянула в сторону тренировочного зала, скрывшись за его массивными дверями, но буквально через секунду выскочив обратно в холл и так же за руку уведя юношу в комнату под лестницей.

В глазах Чарльза читался немой вопрос.

– Это Селина, – сконфуженно произнесла глава, пожимая плечами. – И Фукурутачи.

Глава вздохнула, неопределенно качая головой и усердно думая над тем, что же она пропустила.

– Думаю, сад ты сам найдешь… Есть еще подвал с пленниками – на случай, если у тебя случится приступ голода. Помочь найти?

– Э-э, – Чарльз что-то невнятно проворчал, качая головой, очевидно, отказываясь от предложения Селены.

– Как знаешь. Если что, можешь попросить любого, кроме Евы, о помощи, – пожав плечами, сказала Селена, а затем, словно вдруг что-то вспомнив, встрепенулась:

– Идем, я покажу тебе твою комнату, и закончим уже с этим.

Кивнув, Браун последовал за ней, быстро преодолев все ступеньки лестницы и вновь оказавшись на втором этаже, стремительно свернув в левое крыло и остановившись у одной из самых крайних комнат, видимо, оставшихся свободными.