Лисья нора

За прошлый год они здорово прибавили – все благодаря упорству капитана и усилению линии защиты, – однако критики по-прежнему не воспринимали их всерьез. Постоянные плохие результаты начали раздражать даже КРЭ – Комитет по регламенту экси.

А потом к команде присоединился Кевин Дэй, некогда завоевавший титул чемпиона страны. Для «Лисов» это стало лучшим, что могло с ними произойти, а для Нила – причиной, по которой он не мог принять предложение Ваймака. Нил не видел Кевина уже почти восемь лет и не горел желанием встретиться с ним снова.

Не все двери стоит открывать; в случае Нила от этого зависела его жизнь.

– Не надо было вам приезжать, – сказал он.

– И все же я здесь, – парировал Ваймак. – Ручку дать?

– Нет, – ответил Нил. – Я не буду играть за «Лисов».

– Я ослышался?

– Вы взяли Кевина.

– А Кевин предложил взять тебя, так что…

Дальше Нил слушать не стал – рванул вверх по трибунам к раздевалке. Дребезжание металла под ногами не заглушило удивленного оклика Эрнандеса. Бросились ли тренеры за ним вдогонку? Нил не оглядывался.

К черту окончание школы, к черту Нила Джостена. Он удерет сегодня и будет бежать, покуда слова, сказанные Ваймаком, полностью не выветрятся из его головы.

Он опоздал.

На полдороге к выходу из раздевалки до него дошло, что в помещении он не один: путь к двери кто-то преграждал. Блеснула ярко-желтая клюшка – стоявший замахнулся, – а затормозить Нил уже не успел. Деревянная рукоять ударила ему под ребра, едва не вдавив легкие в позвоночник. Он не помнил, как упал, и просто обнаружил, что беспомощно ползает по полу на четвереньках, хватая ртом воздух.

Если бы у Нила получилось вздохнуть, его бы тут же стошнило, но тело почему-то не слушалось.

Выяснилось, что шум в ушах – это голос разъяренного Ваймака, только звучал он неразборчиво, словно с большого расстояния.

– Черт побери, Миньярд! Вот поэтому нам и не удается заполучить приличных людей.

– Да ладно вам, тренер, – прогудел кто-то над головой у Нила. – Будь он приличным, нам бы не пригодился, верно?

– Он и не пригодится, если ты его переломаешь!

– По-вашему, надо было дать ему сдернуть? Налепите на него пластырь, и будет как новенький.

В глазах у Нила потемнело, затем окружающий мир обрел болезненную четкость – в ушибленные легкие наконец хлынул воздух. Он вдохнул так резко, что закашлялся. Казалось, от этого мучительного кашля он сейчас развалится на куски. Обхватив себя обеими руками, Нил исподлобья бросил свирепый взгляд на нападавшего.