Элизиум

Он сжимает меня за горло и впечатывает в дальнюю стену. Стойка не спасает, и я врезаюсь спиной и затылком в полки на стене. Бутылки сыплются мне на плечи, а одна попадает и по голове. Я вцепляюсь в руку Сульфура, пытаясь ослабить его хватку и сделать вдох. Посетители окружают его, пытаются оттащить от меня, кажется, Даллас кричит где-то на фоне. Бетти расталкивает всех и хватает Сульфура за локоть.

– Мы должны уйти, – говорит она. – Сейчас же.

Но поздно. В облаке искр над головой Сульфура возникают Фалькор и Смерг.

С криками ярости они набрасываются на него, и по стойке, задевая посетителей, которые стоят слишком близко, бежит синее пламя. Я чувствую в воздухе всплеск незримой энергии – и огонь чернеет.

Я всю жизнь прожила на юге, но ни в одно лето не знала такого жара, какой ощутила сейчас. Бутылки с ликерами лопаются на стеллаже, а за ними и те, что стоят вдоль стены. Кажется, я плавлюсь – мои пальцы соскальзывают с руки Сульфура, и я не знаю, стекает ли по моей руке пот или кожа. Отовсюду слышны крики, а пламя раздирает бар на части.

Фалькор прыгает на Сульфура, навострив клыки и когти, но тот отшвыривает его в сторону, как комара. Смерг подлетает сзади и избегает той же участи, но черное пламя на стойке принадлежит не ему. Я вижу, как оно касается крыла Смерга, и с оглушительным криком он взмывает в воздух.

Я выпускаю руку Сульфура, и сил сопротивляться у меня больше не остается. Недостаток воздуха берет верх над паникой, все вокруг подергивается чернотой. Мы все здесь умрем, и я никогда не узнаю, жива ли Сиара.

Я не помню, как падала. Не помню, как Сульфур меня отпустил. Но вдруг раз – и я лежу на барном коврике, съежившись и не видя ничего вокруг, кроме лап Фалькора. Задыхаясь, я ловлю ртом воздух так яростно, что легкие будто рвет на куски. Пытаюсь поднять голову и посмотреть, куда делся Сульфур. До меня не сразу доходит, что потолок исчез. Его просто сорвало со здания, а небо надо мной кишмя кишит Хранителями.

Смерг падает рядом со мной, и я с трудом приподнимаюсь на локте, чтобы его осмотреть.

Пламя со Смерга спало, но половина его тела уже обуглилась. Прямо на моих глазах по его туловищу расползается тень. Смерг стонет, тщетно пытаясь встать. Фалькор тянется к брату, завывая, но не может броситься к нему и оставить без защиты меня. Смерг запрокидывает голову, бьется, как дикое животное, и чернота достигает его горла. Он уже не может говорить и только безмолвно хрипит, глядя в небо над нами.