Прыжок пумы

Тут хватит и для Фарли, я думала, он здесь. Он тоже против овсянки?

– Фарли не против овсянки, но он будет благодарен за яичницу с беконом. Я еду с тобой.

– Отлично. Как решу свои дела, постараюсь заскочить к Сэму и Люси. Если что нужно в городе, я могу заехать.

– Я составлю список.

Лил наколола бекон на вилку, чтобы слить жир; тут вошла ее мать.

– Ты как раз вовремя.

Дженна выразительно взглянула на бекон, а затем на мужа.

– Это она приготовила, – кивнул Джо в сторону Лил. – Я же не могу обидеть ее отказом.

– Овсянку будем есть завтра, – постановила Дженна, легонько ткнув пальцем в его живот.

Лил услышала топот сапог на заднем крыльце и подумала: «Вот и Фарли».

Она была еще студенткой, когда родители приютили его – а точнее, дали ему дом. Фарли было шестнадцать, и он был предоставлен самому себе с тех пор, как мать уехала и бросила его, задолжав денег за два месяца проживания в съемной квартире в Абилине. Эта женщина и сама не знала, кто настоящий отец Фарли. Он знал только, что у матери было много мужчин.

Строя смутные планы уехать в Канаду, юный Фарли Пакет сбежал из неоплаченной квартиры куда глаза глядят и отправился в путь автостопом… а потом ему повезло проголосовать на дороге возле Рапид-Сити, где как раз проезжал Джосайя Шанс. Когда отец подобрал его, в кармане у парня было тридцать восемь центов, а из теплой одежды у него имелась только ветровка «Хьюстон Рокетс», с трудом защищавшая от свирепого мартовского ветра.

Шансы обеспечили Фарли едой, подработкой и кровом.

Поговорив с ним и выслушав его историю, они использовали все доступные им средства, чтобы проверить «легенду». Удостоверившись, что он надежный малый, они дали ему работу и отдельную комнату в бараке на время, пока он встанет на ноги.

Прошло почти десять лет, а Фарли все еще жил здесь, на их ферме.

Он вошел в дом, и вместе с ним в прихожую ворвался морозный воздух. Из-под шляпы торчали волосы цвета соломы и глядели сонные бледно-голубые глаза.

– Ух! Такой дубак, чуть яйца не отморозил… – Он осекся, увидев Дженну, и его розовые от холода щеки покраснели еще сильнее.

 – Прости, не заметил тебя. – Затем фыркнул. – Бекон? Сегодня же день овсянки.

– Особое угощение, – сказал Джо.

Наконец Фарли заметил и Лил, и по его лицу расплылась улыбка:

– Привет, Лил. Ты уже на ногах? Думал, тебе нужно будет время, чтобы очухаться.

– Доброе утро, Фарли. Кофе горячий.

– Пахнет он отлично. Сегодня будет ясная погода, Джо.