Подводные камни

Дверь распахнулась. Охранник отошел, освобождая дорогу.

Густо пахло средством для мытья и, кажется, хлоркой. Зейна опять затрясло, но полицейский ничего не сказал.

– Вы кто?

– Детектив Келлер. Ли. Меня зовут Ли.

– Грэм не позволит вам ничего сделать. Он…

– Он арестован. Они оба: и он, и твоя мать.

У Зейна подогнулись колени. Ли молча поддержал его. Он медленно, но упорно вел мальчика вперед.

– Давай, дыши. Глубоко, не спеша. Отец больше не тронет ни тебя, ни Бритт. Молодец, Зейн, что все записывал.

Их никто не остановил. Охранники открыли двери, выпустив без единого слова. Солнце резануло глаза. Зейн увидел ворота. За ними стояли Бритт и Эмили. Он рванул вперед.

– Эй. Полегче. Сейчас дойдем.

– Он избил ее! У нее лицо в синяках.

– Заживет. Бритт тебе обо всем расскажет. Она сбежала из больницы. У тебя чертовски хорошая сестра. Давай-ка еще пару шагов…

Зейна звали к себе. Эмили громко рыдала. Бритт пока держалась, но все время повторяла имя брата.

Ворота с лязгом открылись, и когда Зейн прошел через них, его тут же сжали в объятиях.

– Ох, мальчик мой, Зейн. Прости. Прости! – Эмили приподняла ему голову, поглаживая лицо пальцами. – Прости меня.

Он молча кивнул. Эмили снова обняла его и прижала к себе вместе с Бритт.

– Поехали домой, – объявила она.

– Не хочу. Пожалуйста, не надо! Я не могу туда вернуться.

– Нет, милый мой, не к вам. Ко мне, на озеро. Бабушка с дедушкой уже должны были приехать.

Тот рассмеялся и покачал головой.

– Я просто делал свою работу.

– Эти ребята – все, что у меня есть. Вы, можно сказать, мне жизнь спасли.

Зейну помогли забраться в машину, и Бритт прижалась к нему.

– Сильно болит?

В ответ он взял ее за руку.

– Не очень.

Пока брат с сестрой вводили друг друга в курс дела, Ли прислушивался к их разговору. «Стойкость, имя твое – молодость», – подумал он. Дети набили немало шишек, и им предстоит долгое лечение, но со временем оба должны прийти в себя.

Зейн даже рассмеялся, когда Бритт рассказала, как выбиралась из палаты босиком. Ли обратил внимание, что девочка – по крайней мере, пока – не упомянула про угрозы отца. Да и Зейн опустил самые жуткие подробности.