От плоти и крови

Повсюду из земли выступали скалы, а потому тропинка сильно петляла. Фэллон услышала журчание речушки раньше, чем увидела ее. Маллик направил гнедого вдоль извилистого русла.

Вскоре река стала шире, вода пенилась и бурлила на камнях. Поток стремительно обрушивался с высоких скал, наполняя лес ровным шумом.

Фэллон заметила нескольких фей, которые танцевали в радугах, возникавших при попадании солнечных лучей на брызги.

За водопадом река разливалась, а гул стихал. Маллик остановил коня на большой поляне. Со всех сторон ее обступали древние деревья.

Мох покрывал поваленные стволы, на скоплении валунов рос лишайник.

Когда мужчина спешился, Фэллон подумала, что он желает дать отдых лошадям, и сделала то же самое.

– Должно быть, мы уже скоро прибудем на место, – предположила она. – Можно напоить животных, дать им походить, чтобы остыли, и шагом повести дальше.

– Мы уже прибыли.

– Что? Здесь? – Фэллон не имела ничего против жизни в лесу, но ее обескураживала сама мысль об отсутствии какого бы то ни было убежища на протяжении двух лет.

 – Мы что, разобьем лагерь?

Ничего не ответив, Маллик отдал подопечной поводья своего жеребца и шагнул вперед, после чего поднял руки ладонями наружу на высоту плеч. Несколько секунд ничего не происходило, лишь ветер шептал в ветвях деревьев да от водопада доносился слабый шум. Косые лучи клонящегося к горизонту солнца проникали сквозь листву и заливали поляну золотистым светом. Тени метались по колышущейся траве.

Затем в воздухе раздалось гудение разбуженных сил.

Фэллон почувствовала магию, волоски на руках и затылке встали дыбом. Лошади тоже ощутили присутствие древней мощи и беспокойно заметались. Пришлось натянуть поводья, призывая их к послушанию.

На побледневшем лице Маллика залегли тени. Внезапно взметнулся ветер, встрепав волосы двух путников и гривы коней. Свет и тьма поменяли очертания. Возникло впечатление, что за рифленым стеклом скрывался размытый набросок.

Маллик резко развел руки.

– Откройся, сокрытое, – прогремел его голос.

 – Завеса, пади. Пропусти Избранную.

Размытая картина проступила четче, обрела форму, размеры и цвет.

На поляне возник дом с соломенной крышей и светло-коричневыми стенами. Меньше, чем ферма Свифтов, больше, чем лесная хижина. Окна выходили на запад. В небольшую конюшню с покатой крышей вели двустворчатые двери. Поблизости виднелась теплица. На ее стекле играли лучи солнца.

Над всеми дверями были вырезаны защитные руны.