Незавершенные дела

Думала, ты станешь ей невесткой. «Хэм, – скажет, бывало, – эта девочка как раз для нашего Брэди – с ней он бросит дурить».

– Он, кажется, и так бросил.

– Да, почти. – Обняв ее за плечи, он повел ее в дом. – Как насчет пирога и чая?

– С удовольствием.

Пока он заваривал и разливал чай, она сидела за столом на кухне. В его доме все осталось по-прежнему. Как и при Эмили, повсюду были чистота и порядок, все блестело и сверкало. Коллекции безделушек, дорогих Эмили, как и раньше, занимали все свободное место в доме.

Кухонное окно выходило на задний двор, с тенистыми деревьями и цветущими нарциссами. Дверь справа вела в рабочую половину, где находились кабинеты для приема пациентов. Единственную перемену представляла собой сложная система телефонов и интеркомов.

– Миссис Лири печет лучшие в городе пироги, – сказал доктор Такер, отрезая толстые ломти шоколадной меренги.

– И до сих пор платит вам ими, – заметила Ванесса.

– Хм. Но они же на вес золота. – Он довольно вздохнул и сел за стол напротив Ванессы.

 – Наверное, мне не стоит говорить, как мы все тобой гордимся.

– Жаль, что я раньше не приезжала. Я понятия не имела, что Джоани вышла замуж. И родила ребенка. – Ванесса взяла чашку, впервые со дня своего приезда чувствуя себя спокойно. – Лара – такая миленькая.

– Кроме того, она очень смышленая, – подмигнул доктор Такер. – Я, может быть, не могу судить объективно, но смышленее ребенка я не видел. А уж детей я повидал.

– Надеюсь, мы будем с ней часто видеться, пока я здесь.

То есть со всеми вами.

– Ты к нам надолго?

– Не знаю. Я пока об этом не думала.

– Твоя мать только об этом и говорит.

Ванесса откусила кусочек пирога.

– Она, оказывается, открыла антикварный магазин. Вот так сюрприз! Никогда не могла представить ее в роли деловой женщины.

Трепет в желудке вынуждал ее говорить и есть с опаской.

– Она хорошо справляется. Я знаю, что твой отец недавно умер.

– Да, от рака. – Ванесса поежилась. – Ничем нельзя было помочь… С ним было трудно.

Он отказывался признавать себя больным – всю жизнь ненавидел слабость.

– Знаю. – Доктор Такер тронул ее за руку. – Надеюсь, ты научилась быть с ними более терпеливой.

Излишним было бы объяснять, кого он имеет в виду.

– Нет, не то чтобы я ненавидела свою мать, – со вздохом произнесла Ванесса, – но я плохо ее знаю.

Видно было, что ее ответ ему понравился.

– Ну а я получше. Ей в жизни нелегко пришлось, Ван.