Интерлюдия смерти

Ева нахмурилась при виде этого наряда, отливавшего бронзой. Она подошла поближе и пощупала ткань.

– Это было в моих вещах?

– Нет. – Рорк даже не обернулся, он кожей ощущал ее раздражение. – Ты набила свой чемодан блузками и брюками. А Соммерсет внес некоторые изменения в твой походный гардероб.

– Соммерсет! – процедила она сквозь зубы так, словно при этом у нее изо рта с шипением вместо имени выползла змея. Соммерсет – мажордом Рорка – был, по словам Евы, ее вечной занозой в заднице.

– Ты что, разрешил ему копаться в моих личных вещах грязными лапами? Теперь придется сжечь все до нитки.

Хотя в ее гардеробе за последний год по настоянию Рорка было произведено немало изменений, он по-прежнему считал, что оставалось еще несколько вещей, которые действительно неплохо было бы сжечь.

– Вообще-то у Соммерсета нет привычки что-то трогать грязными руками. Кстати, мы уже опаздываем на коктейль. Прием начался около десяти минут назад.

– Подумаешь, всего-то лишний повод для оравы полицейских выпить.

– Имидж, милая моя! Заявлено твое выступление, и потом, ты ведь в некотором роде гвоздь программы.

– Ненавижу все это! Мне хватает и твоих приемов и встреч, на которых я должна присутствовать.

– Не стоит так нервничать из-за этого семинара.

– А с чего ты взял, что я нервничаю? – Ева взяла платье в руки. – Оно что, прозрачное?

Рорк усмехнулся:

– Не совсем.

Он точно выразился. Платье было легким, почти невесомым и поэтому необычайно удобным.

По мере приближения к банкетному залу гул толпы становился все слышнее. Ева недовольно покачала головой.

– Спорим, половина гостей уже изрядно навеселе. У тебя ведь всегда отменная выпивка, верно?

– Все самое лучшее для уважаемых слуг общества, – ответил Рорк и, зная ее характер, взял Еву под локоть и буквально втолкнул в открытые двери зала.

Банкетный зал был огромным, и при этом в нем яблоку негде было упасть. Гости прилетели отовсюду – со всех уголков планеты и ее спутников. Офицеры полиции, представители технических служб, специалисты-консультанты. Мозги и мускулы органов правопорядка.

– Слушай, тебя не выводит из себя такая компания – здесь ведь собралось около четырех тысяч полицейских? – спросила Ева мужа.