Год первый

А вот когда ты читаешь новости, сразу видно, что не веришь в сверхъестественное. Звучит это так: типа, ну да, конечно же. – Стажер снова взлетела и озорно рассмеялась: – И вот теперь я говорю: «Ну да! Конечно же!»

– Это невозможно.

– А разве возможно, чтобы больше миллиарда людей погибли в течение месяца? И все же это произошло. А это? Я? Подобные мне? Это не только возможно, но стало теперь частью реальности. Мне кажется, для восстановления баланса. Хотя не уверена. Я не могу узнать наверняка, так что просто приняла свои новые силы.

– Подобные тебе?

– Феи, эльфы, ведьмы, сирены, колдуны – и это список только тех, кого я встречала лично. – Словно эта мысль привела Фред в восторг, она вспорхнула еще выше. – Но нам приходится быть осторожными. Сверхъестественные существа могут оказаться как хорошими, так и плохими, в точности как люди. А еще есть негодяи, которые стремятся навредить нам. Да и обычные перепуганные горожане иногда предпочитают напасть первыми, потому что не понимают природу магии.

Девушка снова опустилась на землю, прикоснулась к руке Арлис и добавила:

– Я показала и рассказала тебе все это потому, что чувствую: тебе можно доверять. А я всегда прислушивалась к интуиции, даже когда не знала, что я фея.

– Мне кажется, что я задремала за столом и вижу сон.

– Ты и сама знаешь, что это не так, – рассмеялась Фред и дружески похлопала спутницу по плечу.

– Я… Мы… Нам следует серьезно обсудить все это.

– Ага, без проблем. Но сначала нужно вернуться, подготовить материал и запустить в эфир.

– Думаю, мне потребуется немало выпивки, чтобы переварить эту новость.

– Хорошо, но давай для начала заберем консервы и вернемся на работу. Мне еще нужно будет поправить тебе макияж и уложить волосы перед эфиром.

– Точно.

– Ты удивилась?

– Это еще мягко сказано. Я потрясена.

– Но ты сделаешь то, что необходимо, – улыбнулась Фред.

Джим, правда, назвал Арлис совсем по-другому. Когда они с Фред вернулись, руководитель отругал их обеих, окрестил безответственными идиотками и прочитал длинную лекцию об осторожности, которая всерьез разозлила бы журналистку, если бы она не видела написанное на лице немолодого мужчины беспокойство. За гневом отчетливо слышался страх за подчиненных.