Провинциальный театр абсурда

Софья Константиновна рассказала, что Федору повезло: вновь принятый актер перевелся в новосибирский театр и режиссер разрешил Мухину исполнять роли «кушать подано».

– Ему бы лет десять играть эти роли, но внезапно овдовела ведущая актриса театра Августа Заславская, лет на двадцать старше, но как Федька вился вокруг нее и женился на поглупевшей от счастья актрисе. Хотя даже уборщице было ясна корыстная подоплека мезальянса.

Так Федор Мухин стал Заславским и, со слов Софьи Константиновны, началась его успешная актерская карьера.

Десять лет Федору Заславскому пришлось исполнять главную роль – любящего верного мужа. Боже упаси, повернуть голову в сторону молодой симпатичной актрисы. Августа была ревнивой супругой. Зато за верность Заславская все свое имущество отписала Федору, забыв о существовании единственной племянницы.

Федору досталась хорошая двухкомнатная квартира, машина, дача, а вернее капитальный кирпичный дом с участком за городом. Сбережения и драгоценности жены позволили бы Федору оставить службу в театре, но Заславский остался верен сцене.

Но стал менять жен, женясь на все более молодых актрисах. Сейчас у него двадцативосьмилетняя жена, актриса их театра Люсьена Заславская.

– В девичестве она была Люськой Птичкиной, – усмехнулась Софья Константиновна. – Дурак старый, у него уже был один сердечный приступ, а Люська только из-за его статуса и ролей для себя живет с ним, да из-за его имущества, которое ей достанется, как некогда он получил от Августы.

В голосе пожилой актрисы послышалась боль.

– Вы так интересно рассказываете, я прямо заслушался, – произнес Вербов.

– Да все происходило на моих глазах, – улыбнулась Мсиславская.

– Софья Константиновна, ходят слухи о пропажах личных вещей у актеров? – задал самый главный вопрос Антон и внимательно посмотрел на актрису.

Та не дрогнула.

– Мне кажется, это наш пожарный Семен, он недавно развелся, вот и возненавидел всех женщин. Его жена ушла к любовнику.

Представляю, как Семен мой шарфик, украденный им, накидывает на свою мощную шею и думает, что это я душу его в своих объятиях, – патетически воскликнула она и, заметив изумление Вербова, заливисто рассмеялась. – А может это Люська Заславская, Федька такой прижимистый, вот она и подворовывает у нас косметику?

Мсиславская стала рассказывать о других актрисах. И как позже сказала Серафима, прошлась серо-буро-малиновыми мазками по коллегам.