Гордеев узел

– Юлька сказала, что ты начинающая журналистка и собираешься написать статью о Радове, – сказала хозяйка, разливая вино по бокалам.

– Извини, мне утром лететь в Томск, придется отказаться от вина, – сказала Фима, сдерживая улыбку, когда Джульетта придвинула к себе и ее бокал.

– Вынуждена предупредить тебя, что Радов никому не известный актер и, кроме смазливой мордашки и спортивной фигуры, в нем нет ничего интересного, – предупредила Жужу. – Сам он из провинции, но смог устроиться в маленький московский театр, познакомившись каким-то образом с чиновницей из Министерства культуры, – начала делиться информацией хозяйка.

Джульетта почти залпом выпила полный бокал вина и подцепила маслину.

– Так вот, благодаря этой даме Радова ввели в два спектакля на роли второго плана, что уже для него являлось удачей.

Джульетта посмотрела на Серафиму и усмехнулась.

– Моя приятельница – заядлая театралка, но не любит ходить одна, вот и приглашает меня. Так что я за ее счет на всех нашумевших спектаклях побывала.

– Так вот эта чиновница воспылала к своему протеже отнюдь не материнской любовью, а Радов по слухам влюбился в молоденькую актрисульку, которая не захотела его делить с престарелой кураторшей, – сообщила Джульетта.

– Что-то подобное я подозревала, – сказала Серафима, скрыв от Жужу, что она проинформирована об этом.

– Я слышала, что Владя смылся от дамочки в провинцию, – продолжила Джульетта, допив второй бокал вина.

– Мне известно это, но нужна информация, которая помогла бы Радову вернуться в Москву, но так, чтобы чиновница отстала от него, – призналась Серафима.

– А тебе известно, что режиссер театра, в котором работал Радов, неровно дышит к этой чиновнице и вроде бы в Министерстве за ней пытался приударить ее начальник, овдовевший два года назад? Он будет тебе признателен, если ты сделаешь так, чтобы дамочка отстала от Радова и ответила на чувства шефа, – воскликнула Джульетта.

– А вот это интересно, – сказала себе Серафима.

Поговорив еще немного с информаторшей и поняв, что больше ничего не узнает, Серафима вернулась домой и, заведя будильник на раннее утро, легла спать.