Четыре всадника

Стандартное же время, которое он проводил в других городах, было около пяти – семи дней, в зависимости, насколько Марку в нем понравилось.

С утра ему захотелось спуститься на первый этаж и пропустить стаканчик пива, а только после этого пройтись по городу. Все равно пообщаться мало с кем получится, по крайней мере, Марк в это верить перестал абсолютно.

Спустился он на первый этаж очень лениво, заставляя каждую свою ногу делать маленький шаг. Народу возле барной стойки осталось не так много. Видимо, все разошлись ближе к утру.

– Доброе утро, – сказал Марк мужику, стоящему за барной стойкой и махнул головой в знак приветствия.

– Чего надо? – слегка грубым тоном, ответил бармен.

Марк остановился и немного был в ступоре, явно не ожидая услышать хоть какую-то грубость в свою сторону.

– Пива можно?

Бармен ничего не ответил, лишь повернулся спиной к Марку и схватил кружку, чтобы наполнить ее пивом.

Пьяница, который стоял рядом с Марком, подозрительно сморел на часы, надетые на левой руке Марка.

– Опа, а твои еще ходят, знаешь, это здорово, а мои вон встали, мне немного уже осталось, – сказал пьяный мужик, указывая пальцем руки на свои дешевенькие, потрепанные часы.

Марк заметил краем глаза, что они остановились на пяти часах и больше не ходят. Чтобы больше не привлекать к себе внимания и не показывать свою вежливость, Марк лишь слегка улыбнулся.

Бармен поставил стакан с пивом прямо перед носом Марка, отбив тем желание выпить его. Вблизи было видно, что стакан был весь грязный, в сальных, жирных пятнах и остатках чего-то, словно его мыли не водой с мылом, а наблевали внутрь и вылили содержимое в раковину, оставив сохнуть на ночь.

Тошнотный рефлекс подкатил к гортани Марка. Он заплатил за пиво, оставив деньги на стойке и отдал пиво пьянице слева от него.

– О, спасибо, дружище, твое здоровье! – сказал мужик, с остановившимися часами, и выдул залпом стакан пива.

После этого прозвучал смачный звук отрыжки, на который Марк даже не обратил внимания, принимая все в этом городе как должное.

Выйдя на улицу, Марк двинулся в сторону кладбища. Посещать его в планах не было, но пройти мимо и осмотреться стоило того. На улицах была гробовая тишина, людей нигде не было. Лишь иногда встречались пьяницы, которые лежали на скамейках, словно неизлечимо-больные, ожидающие смерти в своих палатах.

Туман покрывал весь город, делая его словно изолированным от всего остального мира.