Москва – Тбилиси

– И что потом?

– Пройдешь через тот холм, на который я тебе указала, и там Юрка тебя встретит.

– Погоди, а телефона у него нет?

– О каком телефоне ты толкуешь? Разговоры, звонки или хотя бы просто вибрация исключены. Поймают и расстреляют обоих.

– Спасибо за предупреждение, – ответил я с иронией.

– Я все сказала, теперь Юрка тебя уже ждет.

– Сколько вам причитается? – спросил Ачико.

– Триста долларов.

– Юрке надо будет отдельно платить, да? – поинтересовался мой друг и насупился.

– Не знаю, с Юркой сами договоритесь.

– Да ладно, – я протянул ей деньги. Света исчезла в мгновение ока. Мы с Ачико обнялись. Я уже был готов направиться вниз к ручью, но тут Ачико, провожавший меня от самого дома, жестом остановил меня.

– Что случилось?

– Обожди, в багажнике твои ботасы.

– Какие ботасы?

– Их Сосо купил тебе.

– Да ладно тебе!

– Я сказал, подожди. – Ачико открыл багажник и передал мне кеды фирмы Paul Shmith.

– Ва, какие классные. Спрячу в рюкзак.

– Как окажешься в безопасности, звони.

– Непременно, дружище.

Спуск я преодолел вприпрыжку, но, как только приблизился к ручью, моя решимость поостыла, поскольку вместо небольшой речушки дорогу мне преградила водная стихия, преодолеть которую можно было только вплавь. И хотя стояла осень, холод пронизывал тело до костей. Что мне оставалось делать?! Отступить было равносильно поражению в борьбе, которая только-только началась. Сняв рюкзак, я поднял его над головой, чтобы он не намок.

Вода доходила не до щиколоток, а до самого живота, и холод сковывал дыхание. Я, спотыкаясь, шел по дну, усеянному речной галькой и плитняком, и наконец достиг противоположного берега. Преодолев подъем, я обнаружил Юрку, молча сидящего на корточках.

– Ва, пришел?

– Пришел.

– Юрка, – улыбнулся он и протянул руку.

– Сандро, – я ответил на рукопожатие.

– Ну пошли, ты готов? – мой новый армянский знакомый, похоже, испытывал меня.

– Готов, – кивнул я, и мы стали подниматься в гору.

От Юрки несло спиртным, но сил, по-видимому, у него было достаточно. Дорога мне давалась уже с трудом, поскольку подъем сменялся болотной топью, зарослями крапивы, крутыми узкими тропами и труднопроходимыми каменистыми участками. Я еле передвигал ноги. Дышать становилось все труднее, и я рухнул, не спрашивая Юрку.

– Ты что делаешь, э? Давай поднимайся…

– Не могу, дай хоть две минуты перевести дух.