Тлеющий неон в крови

Мой друг Алекс – очень классный парень, он тихий, спокойный, не как я. Я с детства был буйным задирой, отчего друзей у меня практически не было. Когда он переехал три года назад в Мирено, его перевели в пятый класс нашей начальной школы. Увидев его в первый раз…

Нет, я не хотел его задирать, потому что не страдал такой фигней. Больше всего в людях мне не нравится их плохое отношение к другим, а вот Алекс был добр ко всем, и в нашей школе нашлись ребята, которые новеньких все-таки доставали. Я тогда заступился за него, и, конечно же, получил по мордахе своей, потому что они были старше и их было трое.

Нас обоих побили, мы сидели на земле в школьной форме, испачканной следами чужой обуви, и несколько минут не могли сдержать смех оттого, в насколько глупой ситуации оказались. С тех пор мы с ним не разлей вода, и даже несмотря на то, что мы учились в разных классах, свободное время на переменах мы всегда проводили вместе.

Он первый, кто решил сократить мое имя и фамилию, и называть просто – ТиДжей, и я оставил это право только за ним.

В связи с этим при знакомстве фразу «…но друзья зовут меня ТиДжей» я не говорю. В данном случае было бы правильнее сказать « …но мой лучший друг Алекс называет меня ТиДжей, и чтобы тебе меня так называть, рискни пробиться ко мне в друзья, если, конечно, ты в состоянии вытерпеть мой буйный нрав».

Такое положение дел меня нисколько не расстраивает, наоборот, забавляет, я не нуждаюсь во всеобщем внимании и признании окружающих.

Так как Алекс не любит проявления агрессии по отношению к другим, часто, когда его задирают, он не в состоянии дать сдачи, в отличие от меня. Подружившись со мной, он пытается держать меня в узде, чтобы я не смог кого-либо обидеть, но как бы он ни старался, если я видел, что кто-то проявляет силу по отношению к слабым, то я не мог остаться в стороне, хоть и знаю, что могу получить по голове в ответ.

Я всегда отвечаю людям насилием на насилие. И сколько бы мой обидчик ни плакал и ни умолял меня о пощаде, за свои поступки он ответит.

Алекс всегда был свидетелем моих действий, в связи с чем он предъявлял мне все свои претензии, потому что не мог молча смотреть и стоять в сторонке.