Сердца войны

Они бы, конечно, были всего лишь проекциями, как и водопад, который однажды запустил кто-то из магов стихий, но какой поистине волшебный мир воцарился бы вокруг!

Эльна не любила пространных бесед о том, как было раньше, какую ошибку совершили их магические предки, и какие же негодяи люди. А беседы эти велись изо дня в день в каждом доме за каждым приемом пищи, по вечерам в бане или во время прогулок, за сбором урожая и даже в постелях. Она же предпочитала просто жить и наслаждаться такой возможностью.

Ведь несмотря на магические способности, ее жизнь могла оборваться в любую секунду, как и жизни людей.

Мужчина попытался потянуться и размять затекшие плечи, но магические оковы не позволили, и из его груди раздался низкий сдавленный стон.

– Ал, что с ним? – В изумлении вскрикнула Эльна.

– Ему больно, разумеется, – самодовольно ответил парень. – Я применил к нему высшую степень защиты.

– Он что, так опасен? – Девушка по-прежнему, как завороженная, смотрела в глаза узника, где царила настоящая тьма.

– Нет, обычный пленник. Просто мне он не нравится. А тебе?

– А других пленников ты прям обожал… – Эльна покраснела, и только окружающий полумрак не выдал ее смущения.

– Ты иногда страшно нервируешь своей добротой. Еще бы воды ему подала! – Альтос демонстративно отвернулся, поежившись от окружающего холода. Подземелье пахло сыростью и плесенью. Неизвестно откуда, звонко ударяясь об пол, капала вода, и каждый ее всплеск гулко отражался от стен.

Настоящее подземелье из страшных сказок, а не заброшенный военный бункер.

Пленник мутноватым от усталости и боли взглядом смотрел на Эльну и тоже не отрывал глаз. В нем смешались мольба, злость и желание поскорее закончить пытку. Со стороны он казался обычным человеком, в неестественной позе сидящим у стены. Но Эльна знала, какую боль он испытывает от одного только дыхания, и каким жестоким и изощренным может быть в своих пытках Альтос.

Холод. Со всех сторон надвигался холод.

Он касался кожи, проникал под воротник грубо сшитой кожаной куртки, поднимал дыбом волоски на руках и норовил пробраться как можно глубже, к самой душе. Как, должно быть, холодно этому несчастному! Все его тело было покрыто крупными мурашками. И если бы не боль при каждом движении, он наверняка давно бы сотрясался от крупной дрожи.

– Пойдем, слишком много чести и внимания жалкому человечку! – Альтос приобнял невесту за плечи и подтолкнул к двери.