Ковчег Евы

А ведь она не надевала ее с того самого дня, как в разгар московского землетрясения, о котором Ева тогда могла только догадываться по трещине на стекле и первым небольшим толчкам, Леша вывез их с Катей в свой деревенский дом. Эх, Катя… Да если бы не Леша с его неожиданной любовью, Ева бы тоже не добралась до Ковчега.

Блузка оказалась велика как минимум на размер – все же ограниченность ресурсов и продуктов питания не красит фигуру. «И как остальные умудряются толстеть!» – Ева вернулась мыслями к больной теме, стараясь отвлечься и заглушить бешеную скачку пульса в голове.

Каюта капитана была закрыта: из-за двери доносился разговор на повышенных тонах. Ева уже готова была развернуться и уйти, чтобы снова провести вечер у себя, читая что-то из немногочисленной корабельной библиотеки. В груди что-то горько кольнуло, но в то же время Ева испытала облегчение.

Стоило сделать шаг прочь от двери, как та распахнулась, и на Еву налетел взлохмаченный Леша со словами «Ни себе ни людям!», брошенными брату в пылу ссоры. Он свирепо взглянул на Еву, будто собираясь что-то сказать, но только махнул рукой и кинулся прочь.

– Я не вовремя? – спросила Ева, заглядывая в каюту.

– Да ничего. – Капитан рассеянно обернулся и, сделав глубокий вдох, смягчился. – Ты что-то хотела?

– Ты сказал заходить в любой момент.

– Да, я вижу по блузке, – хитро отозвался капитан, еще больше вгоняя девушку в краску. – И наступил он именно тогда, когда мой малютка-братец решил тебя со мной поделить.

– Поделить? В каком смысле?

– В смысле он решил поведать мне, что кучу лет в тебя влюблен. Ты проходи, не стой в дверях. – Капитан за талию втянул Еву в каюту и закрыл дверь, заставив мурашки сбежать с Евиной макушки до самых ног.

– Да, знала. – Она осторожно присела на край застеленной вязаным покрывалом кровати.

– Не хотела мне рассказать?

– А зачем тебе эта информация? И почему он вообще решил делить меня с тобой?

– Ев, он же не слепой и не глупый – все подмечает. – Капитан присел рядом с девушкой.

– И что же он видит? – шепотом спросила Ева, когда сделавшееся игривым лицо капитана было в каких-то миллиметрах от ее, замершего.