Канун Рождества

Из каждого двора виднелись величественные пики. Одиллия застыла у геологического музея и смотрела на башню с часами, стрелки которых едва ползли. Она поглядела вдаль, и её внимание вновь привлекли могучие кряжи, окутанные свинцовыми тучами. Горы органично вписывались в перспективу городских переулков. Человек не желал отставать от природы и создавал монументальные здания. На полукруглой площади тянулись к серому небу дома, принадлежавшие к сталинской архитектуре. Невысокие деревья едва ли достигали окон трёхэтажных строений.

Чуть повыше у подножия гор росли карликовые деревца, а сами склоны покрывали мхи и лишайники.

Остановившись на берегу озера Большой Вудъявр, девушка пристально глядела вниз. В спокойных водах отражались мягкие облака, лениво плывшие по небу. И снова громады гор, угнетали Одиллию, давили на сознание и, чудилось, что с каждой секундой они становились ближе. Оди отшатнулась, но куда бы ни пошла, её всюду преследовали горы. Предгорье окружило Кировск, словно ширма, скрывавшая секреты жителей от посторонних глаз.

Сумерки медленно заполняли окрестности.

Одиллия вернулась домой вечером, когда по переулкам разлился тусклый свет фонарей.

– Где ты была? – строго спросил отец, едва Одиллия переступила через порог. – Мать себе места не находит, а ты так себя ведёшь?

Не дослушав его гневную тираду, дочь заперлась в детской и не впустила даже маму, которая принесла ей ужин. Людмила Александровна успокаивала её, просила открыть, умоляла рассказать о несчастье, случившемся в день рождения, но девушка молчала, как и велел Стас.

На следующее утро она увидела мать в комнате сестры. Оди остановилась в дверном проёме, наблюдая за плавными движениями мамы, которая разбирала высохшую одежду.

– Одетта скоро вернётся, она не может пропасть навсегда, – сказала мама, потом сложила вещи в комод.

В её голосе было столько надежды и страдания, что Одиллия, не выдержав, убежала в комнату, забилась в шкаф и вопила, зажав во рту шерстяную кофту.

Потом были поиски.

Долгие и мучительные. Людмила Александровна взяла отпуск и даже организовала небольшой отряд волонтёров для поиска пропавшей дочери. Она просила и Одиллию присоединиться к ним. Родители верили, что их связывают особые узы, а значит, Оди почувствует присутствие сестры-близнеца. Девочка отказывалась идти в лес под различными предлогами.

– Ты не хочешь, чтобы мы отыскали твою сестру? – упрекнула мама, взглянув на дочь с подозрением.

Оди ничего не ответила.