В рамках нового мира

Нет ничего дороже жизни, не понимаете вы, что ни одни сокровища мира не стоят того. Да и денег тех вам не видать.

С этим я была согласна полностью. Жизнь это то, что позволяет исправить ошибки и научиться быть счастливым. Смерть это конец всему, когда ничего нельзя исправить. Я повернула голову, чтобы посмотреть на ту, что лечила меня. Женщина могла быть мне мамой, стройная для своих лет, волосы перетянуты лентой и спрятаны под платком. Тёмно-зелёное платье закрывало колени, поверх него был надет фартук, защищающий материю от возможной грязи.

Мазь, которой она обрабатывала мне спину, могла впитаться в ткань, и платье было бы испорчено. Она жалела меня и тех, кто оказался здесь. За это я была благодарна ей.

Я помню свою жизнь и точно знаю, когда заболела. Мне было двадцать два, столько планов и мечтаний было перечёркнуто кусочком сырого мяса. Врачи, больницы, надежда и отчаяние, как результат смирение в ожидании смерти. Прошло всего два года и вот я здесь. Где здесь дело десятое, со временем разберусь.

Сейчас предстоит узнать, это таким способом меня поощрили или наказали. Насколько это возможно в некоторых вопросах стоит разобраться прямо сейчас. Я хочу жить и пусть по чьей-то воле оказалась неизвестно где, ещё не всё потеряно.

– Как вас зовут?

– Очнулась. Я уже и не надеялась. Вит Аску перестарался, да и ты хороша. Учишь вас, учишь. А вы всё никак не поймёте, где оказались.

– Расскажи ещё раз, где я.

Она погладила меня по голове.

– Помнишь, как меня зовут?

– Нет.

– Сильно он тебя.

– Ко мне обращайся виита Гленн Мирос, – она на секунду замолчала, осмысливая пришедшую догадку. – Как зовут тебя, тоже не помнишь?

– Не помню, ничего не помню.

Виита Гленна покачала головой, она не одобряла того, что происходит.

– Расскажу что знаю. Тебя зовут Иола Тивэ. Находишься ты на территории, так называемой школы послушания. Здесь проходят обучение девушки и женщины пожелавшие посвятить свою жизнь служению мужчинам. Первостепенная задача учениц научиться терпению и подчинению.

Любой приказ мужчины должен быть исполнен незамедлительно.

То, что рассказывала Гленн, вызывало у меня неприятие происходящего.

– Ты пришла в школу два месяца назад, родные у тебя вроде есть. О том, что привело тебя сюда, не рассказывала.

– Может, ты догадываешься, что могло произойти?

Гленн изучающе посмотрела на меня.

– А ты готова это услышать? Каждая пришедшая сюда пережила как минимум насилие, как максимум потерю всех кто был дорог.