Профессия: разлучница

Зато отоспалась так, что последние сутки перед прибытием на Кедайре лежала в капсуле, прогоняя текст ближайших эпизодов и наконец-то чувствуя себя отдохнувшей, несмотря на небольшую мигрень.

– Ты готова? – ворвался в каюту Марк и с размаху плюхнулся в соседнюю капсулу. Кажется, он надеялся, что та лопнет и ему не придется погружаться в гель.

– Да, вполне. А что, мы уже подлетаем? – Дженнифер сдвинула изображение с визора в сторону, открывая общегалактическое время. – Ой, да! Я и не заметила.

– Зато выспалась, – подначил ее Марк, но она не отреагировала.

– А ты почему здесь? Я думала, тебе в креслах больше нравится, – уколола его в ответ Джен и сама себе удивилась. Какое ей дело до того, где шляется ее подставной телохранитель? Да пусть хоть весь звездолет перещупает, ей-то что?

– Посадка и взлет – самые опасные отрезки полета, – пояснил наемник, с видимой неохотой натягивая шлем. – Мои желания и пристрастия тут не играют роли. Я должен быть рядом на случай, если что-то пойдет не так.

– А что может пойти не так? – удивилась Дженнифер.

Подумала, вспомнила свои роли и нахмурилась. «Не так» в космосе могло пойти буквально все, на что хватало фантазии сценаристов, а эти ребята с выдумкой. Джен неоднократно раздумывала, а не употребляют ли они что-нибудь такое-эдакое, полулегальное и забористое, для стимуляции воображения.

Пока она размышляла, Марк уже упаковался в капсулу и накрылся крышкой, так что ей ничего не оставалось, как последовать ее примеру.

– Ты заказывала торжественную встречу? – неожиданно раздался голос наемника в ее наушнике.

– Нет! – ответила Джен, прежде чем сообразила, что такой функции в стандартных моделях капсул, вообще-то, не предусмотрено. Как он сумел с ней связаться?

– Тогда откуда фанаты в таком количестве? – поинтересовался Марк, и на виртуальном экране возник снимок, явно сделанный из камер космопорта Кедайре. Джен узнала фирменные цветастые стены, выложенные мозаикой с морской тематикой.

Но девушке было не до красот и хитросплетений разноцветных камешков. Она с ужасом разглядывала толпу человек в двести, собравшуюся ее встречать. Над головами реяли транспаранты: «Эйвил, вернись, мы все простим!», «Съемки должны продолжаться!» и наконец эпичное «Выходи за меня замуж!» большими розовыми буквами с сердечками по краям плаката.