Принцесса для советника

 – пророкотал наконец Велерад после затянувшейся паузы.

– Конечно. Сегодня же вечером с Лолой поговорю. Не думаю, что послы доберутся сюда раньше послезавтра. – судя по шороху платья, мама подошла к нему ближе. Наверное, обняла. Они вообще часто обнимались. Папина голова при этом утыкалась маме куда-то в область талии, но в глазах обоих читалась такая любовь и нежность, что улыбаться хотелось только от умиления.

– Наша девочка лучше всех, я тоже так думаю, но будем реалистами. – шуршание одежды продолжалось.

Дайнандре успокаивающе гладила мужа по голове, заранее жалея рядовых банкиров, с которыми у главы Янтарного Дома чуть позже будет совещание. Велерад будет рвать, метать и зверствовать, срывая на подчиненных дурное настроение. – Здесь ей достойную партию не найти. Пусть съездит в Эльвенаар, посмотрит мир, покажет себя. С королевским домом всякий захочет породниться. Она еще выбирать будет. Тот низкий, этот толстый.

Велерад гулко хмыкнул.

– Толстый эльф? Ну ты загнула, дорогая.

Дайнандре удовлетворенно вздохнула. Опасная тема обсуждена, раздражение снято, окружающие от гнева главы Дома не пострадают.

Теперь осталось убедить непутевую дочурку в привалившем ей счастье. Но, несмотря на общую бедовость и неприспособленность к жизни, Лореалея выросла умненькой. Она поймёт, что так будет лучше.

По крайней мере, так казалось ее матери.

Сама Лореалея Янтарная с этим была категорически не согласна. То есть умненькой она себя считала, даже очень, но вот ехать куда-то ради сомнительного удовольствия найти мужа? Зачем?

«Я им докажу, что прекрасно выйду замуж и тут», подумала Лола, бесшумно спрыгивая с диванчика.

Не то, чтобы она сильно торопилась замуж. Да и принуждать ее никто не собирался.

Дайнандре, как и все матери, обдумывала вопрос сильно заранее. Гномы обычно создавали семью, уже состоявшись как мастера и профессионалы, так что еще лет десять у нее в запасе было.

Лола, правда, так до сих пор и не определилась, кем она хочет стать.

В финансы, по стопам отца, ее не тянуло, как и возиться с ранеными и больными, как мама.

Но уезжать из родного Златограда ей точно не хотелось. У Лолы здесь друзья, знакомые, привычная жизнь. Нет ничего важнее для гнома, чем обыденность и одинаковость повседневности. Стабильность – залог счастья, говаривали они. И Лола была с мудростью древних полностью согласна.

Решено.