Особенности перевода

То есть это ей раньше казалось мелочью, когда она не задумываясь выбрасывала месячную зарплату средней семьи за новую пару босоножек. Теперь экономия и строгий подсчёт бюджета стали ее второй натурой.

Поднявшись по покатым каменным ступеням на третий этаж – естественно, без лифта, как и во всех домах старше шестидесятых, а в Старом Городе только такие и водились – она открыла обитую облезлым дерматином дверь. Ремонт в этом здании не проводили с начала века. Прошлого.

Покосившееся зеркало при входе показало высокую поджарую бесцветную блондинку в чёрной байкерской куртке с заклепками, черных же джинсах и с куцей косичкой.

Волосы у Анны были густые, блестящие и длинные. Но только в распущенном виде. Стоило ей собрать их в хвост или, упаси боже, в косу, как они становились унизительно похожи на крысиный хвостик.

Зато на мотоцикле с косой было удобно. Волосы в рот не лезли и после поездки колом не стояли.

Анна оставила шлем на полке при входе, повесила рядом куртку, и не разуваясь прошла к себе в комнату, первую в длинном коридоре.

Квартиру приходилось делить еще с тремя девушками и парнем.

Давид был из Бразилии, учился на модельера, и Анну смущал только постоянными замечаниями по поводу ее гардероба.

Ее ближайшая соседка, и можно сказать подруга, та самая художница, была из Франции. Николь постоянно экспериментировала – с новыми материалами, собственной внешностью, стенами квартиры и ухажерами. Мужчины у неё менялись чуть ли не каждую неделю. Зато после каждого расставания, прорыдавшись в подушку, она рождала очередной шедевр.

Анна подозревала, что у неё кинурениновая зависимость. Кто-то подсаживается на адреналин, кто-то на алкоголь, а кому-то гормон несчастья подавай для творчества.

Две другие соседки, обитавшие в конце длинного коридора, были подружки не разлей вода, и активно дружили против всех остальных в коммуналке. Одна с Майорки, другая из глухой деревни под Жироной, объединённые каталонским языком и нелюбовью ко всему остальному миру, Монтси и Лайя часами запирались то у одной, то у другой в комнате и сплетничали.

Чаще всего мыли кости именно соседям.

Анна закрыла за собой дверь, вытерла ноги о коврик и разулась. Снимать обувь раньше смысла не было. Пол в коридоре мылся еженедельно, по очереди. Карточку с многозначительной надписью «На этой неделе ты!» перевешивали с одной ручки двери на другую каждый понедельник. На практике это означало, что пол мылся в среднем раз в месяц – когда дежурила сама Анна.