Целительница для генерала-дракона

Мало ли, решат что я их в ловушку хочу завести или еще какую муть придумают.

Кайюс предсказуемо уперся, не желая отдавать ценную тягловую силу.

– Еще ноги переломает! – заявил он, скрестив руки на груди в знак того, что решение его непоколебимо. – Ишь выдумала, ночью скакать по буеракам! Истинно, ведьма.

– Тогда сами езжайте, ищите этих всадников! – вспылила я. – Имейте в виду, я скажу, что это вы утаили ценную информацию об их приятеле.

– Чегось ты такое говоришь? – растерялся разом староста. – Никогда я от их драконьих милостей ничего не утаивал!

Какие еще драконьи милости? А, наверное, это те самые отряды, что боролись с орбисами! Как я и думала, кроме рептилий в них наверняка состоят и люди.

– С ними что, настоящие драконы были? – с восторгом вмешался младший отпрыск старосты.

Пятилетний мальчуган вылез из спальни, привлеченный нашими громкими голосами, и явно был готов мчаться сквозь ночь вместе со мной, чтобы взглянуть одним глазком на легендарных существ.

Староста покачал головой.

– Не было, только форма на них характерная, черная с золотом. Цвета драконьи, тут и думать нечего!

Его правда, черной одежды я тут до сих пор ни разу не видела. Даже во время траура люди облачались в синее или зеленое – цвет надежды и новой жизни, по версии травницы.

Отсутствие черного красителя объяснялось просто: очень уж он дорогой. Его получали из стручков, росших на каком-то редком дереве, причем исключительно на юге. В вотчине драконов, одним словом.

Вот они и пользовались, выделяясь темным пятном в цветастой людской массе.

– К тому же на флаге герб был. Дракон, распахнувший крылья, и внизу замок, – добавил староста после недолгой паузы, и я с трудом сдержалась чтобы не хихикнуть.

Вот тебе и дедукция. Ткани, цвета… тут, считай, прямым текстом написали. То есть нарисовали.

– Так коня дадите или нет? – потеряв терпение, напомнила я о цели визита.

Честное слово, пока мы препирались, уже половину пути бы проделала пешком!

– Ладно, забирай! – буркнул Кайюс, отрывая гужевой транспорт от сердца.

Мне красавец Бурьян был не менее дорог – тот самый жеребенок, родившийся на моих глазах, вырос и превратился в отличного выносливого коня. С ним я год назад научилась немного ездить верхом. Без седла, само собой. Какое седло в деревне!

Свалилась раз десять, не меньше.

Умный жеребец останавливался, косил на меня ехидно, но терпеливо ждал, пока я вскарабкаюсь обратно на спину.