Глинтвейн для Снежной королевы

 – Прошвырнемся в последний раз на восьмой этаж через две ступеньки?

Трое взрослых, девочка Лера и щенок Артист прибыли к родильному отделению утром в пятницу. Мама Муму ушла поговорить с коллегами. Она вернулась быстро, стараясь загладить излишней торопливостью тревогу и нервную дрожь.

– Что? – вскочил папа Валя. – Что с ней?

– А что с ней? – развела руками Мария. – Выбрала себе место в палате, пьет сок, ночью родит.

– Я же чувствую, ты что-то скрываешь! Ну-ка, посмотри мне в глаза!

– Отстань, Валька, не нарывайся.

Мне пора идти.

– Значит, ты не поедешь с нами домой? Что произошло? – волновался папа Валя.

– С Валентиной ничего не произошло. Чтобы ты не нервничал, я не поеду домой. Буду сидеть возле нее и ждать. Мне пора.

– Теперь я точно знаю, что есть проблемы! – не унимался папа Валя, призывая дочку в свидетели: – Мама Муму обещала уехать с нами, так ведь?

Лера посмотрела на маму Муму и удивилась безумному выражению ее глаз.

– Слушай, болван, если ты еще не заметил, то я беременна.

– Да, но…

– А что случается с беременными на девятом месяце?

– Что с ней?… – обессилев, папа свалился на диван.

– Они рожают, представь себе! – продолжала злиться мама Муму. – Лучше тебе поехать с Леркой домой, потому что у меня начались схватки, а когда у меня бывают схватки, я становлюсь агрессивной, а когда я становлюсь агрессивной…

– Но это же невозможно! – возмущенно подхватился папа Валя. – Какие еще схватки? А как же Валентина?…

Последовавшую за этим картину девочка Лера запомнила на всю жизнь.

Мама Муму наклонилась, уложила голову в ближайшее кресло, обшитое черной кожей, а потом вдруг в такой позе – вверх попой – ухватила его за подлокотники и выпрямилась, держа кресло над головой. Лера схватила щенка и отбежала в сторону, а папа Валя остался стоять на месте с открытым ртом.

От дверей к маме Муму бросились два охранника. Не обращая на них внимания, она с креслом над головой пошла на папу Валю, зловеще спрашивая: «Уберешься ты наконец?»

Охранники обхватили кресло с боков и приподняли его, уговаривая Марию Ивановну не напрягаться и успокоиться.

– Что ты мне сказал, когда я от тебя забеременела? Вспомни! – не унималась Мария. – Что я цельная личность и сильный человек, если могу справиться с житейскими проблемами в одиночку! Сейчас ты увидишь, какая я сильная!

– Да я тебе это сказал, потому что ты отказалась обсуждать со мной свое положение! – теперь и папа Валя бросился помогать охранникам отбирать кресло.