Кольцо эльфийской работы

Еще мгновение – и она отправилась бы в полет, но серый встал на дыбы и протестующе заржал. Мой возмущенный оклик так и не слетел с губ, потому что ему ответил второй конь – тот, кто пробирался между деревьев, а через несколько минут вышел к нам.

– Кого мне благодарить? Лесных духов или судьбу за то, что в этих бесконечных лесах нашлась хоть одна живая душа? – со смехом вопросил его седок.

– Моего жеребца, милорд, – вежливо отозвалась я, опасливо разглядывая незнакомца. Широкие плечи, мощное тело, отличная посадка в седле выдавали хорошего бойца.

Добротная, если не сказать дорогая одежда и сапоги, седло и сбруя на его коне, да и сам гнедой – то, что мужчина передо мной явно не бедствовал. Светлые волосы, выбивающиеся из-под шапки, чеканные черты лица и необычного золотого цвета глаза притягивали к себе.

– С превеликим удовольствием, – продолжал веселиться незнакомец. – Но за что?

– За то, что он учуял вашего коня и остановился, – все еще настороженно сообщила я. – И за то, что не дал мне выстрелить, иначе наш разговор мог и не состояться.

– Ты хочешь сказать, что мог бы убить меня, мальчик? – подмигнул незнакомец. Я пропустила мимо ушей обращение, быстро огляделась и увидела прямо над нами шишку на верхушке высокой елки. Стрела все еще лежала на тетиве, никто не шумел над ухом и не мешал мне стрелять, так что все должно было пройти без проблем. Я выстрелила не целясь.

Шишка с застрявшей в ней стрелой полетела вниз, прямо мне на голову. Быстрым – я едва успела моргнуть – движением незнакомец отбил ее в сторону.

Шишка ударилась о ствол, дерево дрогнуло, и на нас грохнулась снежная шапка, запорошив глаза и засыпав все вокруг белой искрящейся пылью.

– Вот… – я вовремя замолчала, вспомнив, какие именно слова не должна употреблять приличная девушка, и сняла шапку. Длинные светлые волосы рассыпались по плечам. Незнакомец резко перестал смеяться.

– Девушка? – с невероятным изумлением произнес он. Я стряхнула снег с шапки, натянула ее и вздохнула.

– Поскольку нас некому представить друг другу, сделаю это сама.

Кристейна ин Бэрренхойл, седьмой ребенок барона Хэнка ин Бэрренхойла.

– Рад приветствовать вас, миледи Кристейна, – все еще не отойдя от ошеломления, вежливо произнес незнакомец. Он подъехал поближе, взял мою руку и поднес к губам с явным намерением поцеловать пальцы, но наткнулся лишь на заснеженную перчатку. – Вынужден принести свои извинения: и за то, что принял вас за юношу, и за то, что усомнился в вашей меткости.