Приданое для Царевны-лягушки

 – Короче, Федька пальнул по замку, и ка-а-ак рвануло! Ты только посмотри на нее.

Веня развернул коляску, и Платон имел возможность несколько секунд созерцать, как Аврора в кухне с неспешной тщательностью надевает фартук и завязывает его сзади.

– А на вид – настоящая придурошная, а, Тони? Я видел этот разрез в коже, и Федька видел, но он был совсем небольшой, мы не поверили, что от маленькой дырки может такое получиться.

– Она не придурошная, она наверняка специалист по оружию, взрывчатке и другим подобным игрушкам, понимаешь? – попытался объяснить Платон.

– Я тоже потом сказал Феде – зря мы ее обзываем, может, она охранник дяди, раз с одного взгляда на дырку в обивке определила силу взрыва. Она сказала нам присесть, прежде чем пальнуть по замку. Тони!

– Что еще?..

– Ты не езди отдыхать в кабинет.

– Почему это? – вздрогнул Платон и в который раз за время пребывания рядом с племянниками похолодел внутренностями.

– Ничего такого, там все в сохранности, но одному тебе побыть не удастся.

– И кто же там? – повысил голос Платон, стараясь прикусить зубами нижнюю губу справа. – Гробовщики? Банда брадобреев? Тунгачи?

– Страховой агент, – ответил Веня.

Платон покрутил колеса и развернулся к нему лицом. У племянника в глазах – ни намека на издевку.

– Страховой агент? В моем кабинете?..

Нижней губе справа стало больно. Платон поздравил себя – выздоравливает не по часам, а просто по минутам!

– Кто его пустил?

– Никто не пустил, он сам вошел – дверь-то открыта настежь второй день.

– Веня! – Платон поманил племянника пальцем, тот наклонился. – У тебя есть пистолет?

– Конечно.

– Дай мне.

– Тони, ты просишь дать тебе пистолет? – уточнил Вениамин.

– Дай мне этот чертов пистолет и не задавай лишних вопросов! – зашипел Платон и задергал ногами в бессильной попытке затопать ими, сидя в инвалидной коляске.

– Тони, ты не разрешил Федьке приводить в твой шикарный кабинет девочек, а мне – трогать там вещи и смотреть видео. А теперь хочешь пристрелить в этой комнате страхового агента за то, что он собрался выплатить страховку за развороченную дверь? Прикинь, кто будет отмывать кровь с ковров и все такое?

– Пусть Аврора отмывает, она сама напросилась в домработницы!

«Настоящий припадок бешенства», – автоматически отметил про себя Платон.