Невеста и Чудовище

 – отец отпустил голову сына и вздохнул явно с облегчением. – Почему мой сын называет тебя Текилой?

– Это кличка собаки, – я удивленно посмотрела на Байрона. – Разве не вы подарили ему щенка в пять лет и сказали, что она Текила?

– Даже так?.. – Бирс впервые отвел глаза. – Я как-то не думал, что мой сын потом назовет собачьей кличкой любимую девушку.

Я посмотрела на Байрона.

– Это было родное существо, когда она умерла, я заболел! – возмутился Байрон.

– Понимаете, когда мы встретились первый раз, я еще не была любимой девушкой и очень ценю, что через пять минут разговора Байрон сказал, что я «настоящая Текила».

Я не знала этого слова, для меня оно стало синонимом счастья. Я в него сразу влюбилась, а Байрон пока еще не решил.

– Вот этого не надо! – попросил Байрон.

Я легко согласилась:

– Ладно, сменим тему. Когда я вижу ту девочку, у меня вот тут становится горячо и подсасывает, – я показала себе под ребра. – Поэтому я хочу точно знать. Не хочу просто наблюдать.

– Понимаю, – серьезно кивнул Бирс.

 – Давайте проанализируем, что мы имеем. Впервые ты ее увидела, когда она стояла у могил твоего отца и женщины по имени Марина Яловега. Можешь сказать, какое имя написано на могиле отца?

– Марк Яловский. Без отчества. Женское имя на соседнем памятнике тоже без отчества.

– Хорошо, – кивнул Бирс, – я запомню. Ты предположила, естественно, что девочка имеет отношение к могиле женщины. А что, если это блуждающий призрак?

– Как? – опешила я.

– Просто призрак, который бродит за тобой.

Появляется в тех местах, куда приходишь ты.

Я внимательно посмотрела в лицо Бирса. Ни намека на ухмылку. Я поверила, что ему интересно.

– У вашего сына тоже есть теория на эту тему. Что я беременна девочкой, поэтому она зачем-то является мне уже в пятилетнем возрасте. Но я уверена, что это не так, причина в другом.

Байрон встал, провел обеими пятернями по волосам от лба назад – он так делает, когда волнуется, – и быстро вышел из гостиной. Я покосилась на Бирса. Он смотрел вслед сыну с застывшим лицом.

– Что?.. – спросила я.

Бирс взглянул на меня и виновато улыбнулся. Я поняла.

– Он вам ничего не сказал!.. Какая же я дура! – я забегала по комнате, больше всего мне в этот момент хотелось спрятаться под диван.

Бросилась на пол. Узковато. Под диван с ходу не пролезть, поэтому я вскочила, забралась с ногами в кресло, укрылась с головой пледом и замерла. И тут услышала шепот:

– Текила, ты меня слышишь?

Я сдернула плед с головы.