С видом на Париж, или Попытка детектива (сборник)

– Они анонимных писем получают тонны.

– Я предлагаю это сделать не из гражданских, как вы говорите, чувств, а чтобы меня совесть не мучила.

– А вдруг этот с ушами просто самоубийца, – не к месту ляпнула я. – Лег в постель и застрелился. В этом случае не полицию надо извещать, а родственников.

– А где же тогда пистолет? – Алиса посмотрела на меня осуждающе. – Там не было никакого пистолета.

– Да что мы с тобой видели-то? Может, он его под кровать успел забросить. Нам бы осмотреть все повнимательней, а мы как безумные…

– Маш, что ты плетешь? Как самоубийца мог забросить пистолет под кровать? Что-то ты темнишь.

– Ну хорошо, сознаюсь. Я на этой окаянной вилле забыла шарфик… тот, полосатенький.

– А на нем русская этикетка…

– Вот и нет. Турецкая. Я его в Коньково купила.

– Господи, ну что мы препираемся? Если французской полиции надо будет нас найти, то они найдут.

– Вопрос только – когда. Через восемь дней нас здесь уже не будет.

– Так извещать нам полицию или нет? – почти с надрывом крикнула Галка.

– А что, если дать объявление в газету? – предложила Алиса. – Во всяком случае, я знаю, как это делается. Напишем, что в Пализо по такому-то адресу в пустом доме лежит труп. Объявление пошлем в «Юманите», это дешевая газета. В конверт кроме текста надо положить чек.

– А откуда у нас чек?

– Положим деньги. Я думаю, десяти франков хватит. Только такой бумажки нет. Это монета.

– Пошлем двадцать франков.

– Это мы можем себе позволить, – сказала я. – Двадцать франков – цена трупа.

– И вовсе нет. Это цена нашей совести.

– Странно, что в Париже труп, совесть и чашка кофе в одной цене, – задумчиво подытожила Алиса. – Теперь пошли на почту. Я знаю, где она находится. Только вначале сочиним текст.

Мы сочинили. По-русски он звучал очень убедительно. Потом Алиса с помощью карманного словаря билась над французским вариантом. На почте мы все переписали начисто. Алиса сказала:

– По-моему, это не заявление, а бред. Я напишу его по-английски с просьбой перевести и отредактировать текст.

– Такой труп мне уже не по карману, – проворчала я.

– Ладно, скинемся. Еще мы должны дать наш обратный адрес.

– Ну не Пализо же им называть. Выгляни в окошко, вот тебе и адрес.

Не могу не заметить, что отправка писем во Франции с точки зрения русского человека выглядит странно. Письмо не опускают в ящик, а относят к чиновнику в окошко. Он взвешивает письмо на весах и в зависимости от веса продает марку.