Задача выжить – 2, или Сумрачные пути идхов

– Ты что творишь? – зашипел на меня Рашит, разворачивая меня и таща за повозку. – Вообще умом тронулся? Мы что, в столицу бандитов потащим? Зачем они тебе?

Я остановился и посмотрел на друга взглядом, который он всегда называл «директорским».

– За три года мы с тобой в этом городе не нажили настоящих друзей, на которых можно положиться. Мы пришлые и ещё не скоро станем для них своими. Не думаю, что случись что, кто-то бросится защищать нас и наши семьи. Да, у нас прекрасные соседи, которые здороваются, дадут тебе соли взаймы.

Рашит чуть не подавился воздухом от моего заявления.

– Бандитам?! Делегировать полномочия?! Сам себя слышишь?!

– Они серьёзные мужчины, воины и оказались в банде не от хорошей жизни. Поверь моей интуиции, более преданных людей нам не найти, – спокойно доказывал я ему.

Растерянный друг сначала помотал головой, а потом с недоверием спросил:

– Ты и в самом деле уверен? А если они нас ночью нашинкуют своими мечами как капусту?

Я усмехнулся.

– Ты не понимаешь, мы – их последняя надежда на достойную жизнь. И Анивар это прекрасно понял, поэтому и уговаривает своего несговорчивого и горячего младшего брата. Посмотри, боюсь, что сейчас до мордобоя дойдёт, – я показал в сторону, где на дороге стояли пятеро молодых воинов, и двое из них уже держали Ваккиса за руки, а Анивар рычал на него, схватив за грудки.

– … безголовый молокосос… – донеслось до нас несколько слов среди непонятной брани.

Воин отпустил брата и толкнул в плечо, но по лицу было видно, что если бы не мы, то юноша получил бы в глаз или ухо. Я улыбнулся и посмотрел на Рашита. Он тоже еле сдерживал улыбку. Мы подождали, пока арикуты примут решение и подойдут к нам.

– Решение принято, теперь прошу принять нашу клятву верности, – сказал Анивар и взялся за рукоять меча.

Все пятеро произнесли речь, похожую на арабские стихи. Мы с другом ничего не поняли, но я был уверен на все сто процентов, что в ней не было никакого подвоха. Анивар перевёл нам свою речь, в которой они поклялись относиться к нам как к старшим братьям и быть преданными нам до самой смерти.