Тайна оборотня Савелия

Мама выглядела всегда хорошо и молодо, поэтому нас больше принимали за сестёр, чем за маму с дочкой.

– Савелий, это моя мама, Елена Петровна. А это – тот самый Савелий, мой новый знакомый, про которого я тебе говорила.

– Очень приятно, молодой человек. Ну что ж, проходите, я как раз обед приготовила, мойте руки – и за стол.

Мы поставили вещи в веранде и прошли в дом. Наша небольшая кухня не была рассчитана на больших людей, поэтому, когда Савелий зашёл и сел на табурет, нам с мамой уже было тесновато. Мы с ним договорились, что пока ничего не будем говорить о его происхождении, чтобы не шокировать маму.

– Савелий, вы не стесняйтесь, располагайтесь. Сейчас пообедаем, и я покажу, где вы будете спать. У нас только одна комната, поэтому я вам приготовила кровать на веранде. Сейчас тепло, и вам там будет удобно. Всё остальное Оля покажет. Вы кушайте, а я пока схожу на огород.

Мы поели щи и котлеты и вышли на веранду. Мама принесла нам миску клубники и попросила меня её помыть.

– Ого, какие у вас большие ягоды растут! – удивился Савелий, рассматривая ягоды.

Мама улыбнулась и объяснила ему, что это такой сорт, а я пихнула его локтем в бок и шёпотом попросила не задавать глупых вопросов.

– Что я такого сказал? – шептал он, пока мы её мыли, а потом ели.

– Да ничего! – возмутилась я. – Я же просила тебя, если что-то хочешь спросить, то спроси у меня, особенно про вещи, которые знают все, кроме некоторых, которые только что попали на нашу планету, вернее, в наше измерение.

– Куда? – не понял он.

– Уф, забей, я сама ещё не разобралась, где ваш мир находится, где наш. Вернее, наш-то я знаю где – на Земле, а вот ваш – непонятно где.

Мама позвала гостя, и мы с ним вышли на веранду.

– Вот ваша кровать, – показала она на старую металлическую панцирную кровать, которая осталась ещё от старых хозяев.

Мы никак не решались её выкинуть, потому что она была очень удобной. Каждое лето мы с мамой спали на ней по очереди, наслаждаясь прохладой тени, которую создавала высокая груша перед окнами.

Савелий сел на кровать, она сразу протяжно скрипнула и основательно провалилась. На наш вес сетка кровати реагировала значительно меньше, просто создавая небольшой прогиб, в котором было приятно лежать. Под оборотнем же кровать просела почти до середины. Он напряжённо посмотрел на меня, как бы спрашивая: «Может, лучше встать, пока не сломалась».

– Сидите, сидите. Она крепкая не сломается, – тут же успокоила его мама.