Сувенир

Хочешь тортик? – засуетилась мама, стягивая со школьника пиджак. – За чаем и поговорим. Так лучше будет.

Папа, не любивший тортики и особенно – за ними ходить, буркнул что-то невразумительное, но пошел одеваться.

Не прошло и полчаса, а Валюшка уже уныло жевал кусок шоколадного бисквита. Мама и папа устроились напротив.

– Валентин, с чего ты взял такую глупость? – не выдержала мама.

Валюшка скорбно проглотил прожеванное.

– Это не глупость. Я – страшный, – сказал мальчик с той же обреченной уверенностью, с какой, должно быть, однажды произнесли фразу «И все-таки она вертится!» – Просто урод.

– И в каком именно месте, позволь спросить, ты – страшный урод? – полюбопытствовал папа, иронически поджав губы.

– Вот в этом!

Пальцем, густо измазанным шоколадом, Валюша ткнул себя в нос. Мама тут же отерла полотенцем поставленную на кончик носа сладкую печать. Она приняла близко к сердцу заявление сына и сильно нервничала. Потому молчала.

Нос у Валика и в самом деле был примечательный – тонкий и очень длинный.

Эту особенность он унаследовал от мамы. Но из-за больших черных глаз и пухлых розовых губ маме их общий нос шел гораздо больше, чем веснушчатому голубоглазому Валику. Всем остальным, кроме носа, он удался в папу.

– Как я вообще буду дальше жить с таким шнобелем? – драматически вопросил Валентин.

– Давай отрежем, – предложил нечуткий папа.

– Валюша, у тебя самый замечательный нос! Правда, папа? Он немного великоват, но это даже лучше.

Большой нос выглядит очень мужественно, – стала уговаривать мама. – Скажи ему, папа!

– Конечно. У всех настоящих мужиков огромные носы. Видел портрет Наполеона? Вот такенный клюв у него был!

Валентин злобно отодвинул блюдце с тортом.

– А новенький Рома так не думает!

– Что за Рома?

Терещенко. Его на этой неделе из «Б» класса к нам перевели.

– И что же, это он тебе сказал, что ты страшный? – голос мамы изменился. Стальным альтом в нем зазвучало задетое достоинство.

– Он не сказал. Он просто… он просто с самого утра смотрел на меня вот так противно и тер свой нос.

Слезы снова повисли на Валюшкиных ресницах.

– Так надо было потереть ему морду кулаком, – возмутился папа.

– Дима, Дима, ну чему ты его учишь? Валечка, а ты уверен, что он хотел тебя обидеть? Может, он просто шутил?

– Ну конечно, шутил! Все время на меня смотрел и тер, тер. Так, что сам красный стал, как помидор.