Невероятные приключения одной важной дамы

Даже напротив, ставила себя гораздо выше соседок, которые все свое время проводили в фитнес-клубах и находились на полном иждивении у своих успешных мужей. Пусть себе говорят! А она мало того, что сама себя содержит, – еще и молодого супруга, который в ней души не чает, достойно обеспечивает. Ей предлагают руку и сердце на белом коне (пусть даже арендованном за ее деньги), а их самих вместо породистых лошадей держат и сбруи, украшенные драгоценными камнями, дарят ради собственного престижа.

Ступив на порог квартиры, Ненасытина поняла, что не ошиблась: отовсюду обильными гроздьями свисали разноцветные шары, а через всю прихожую протянулся плакат с надписью: «С возвращением, Танюша!». На полу у самой двери стоял совершенно безвкусный букет огромных размеров.

– Я очень рад, что ты уже дома! – заявил довольный собой Борис, после чего он опустился на колени и стал расстегивать сапоги на Татьяниных ногах.

– Ты, я вижу, постарался.

– Тебе нравится?

– Конечно, – процедила Татьяна с видимым усилием, поглядывая на скотч, которым нитки от шаров прикреплялись к итальянским обоям.

Татьяна Афанасьевна очень не любила, когда портили дорогие вещи. С самого раннего детства мама доставала для нее качественную дефицитную одежду, но всегда предупреждала:

– Носи аккуратно, чтобы можно было продать, когда вырастешь.

Почти все курточки, шапки, платья, свитера и даже обувь, которую покупали маленькой Татьяне, через год-полтора успешно продавались соседям или родственникам.

Борик же, деревенский житель, не имевший до брака с Татьяной ничего дороже старенького дедушкиного велосипеда, не понимал истинную цену дорогим вещам и частенько что-нибудь портил. Ненасытина, женщина мудрая, старалась не выказывать по этому поводу недовольства. В большинстве случаев.

– Проходи, а я поставлю варить пельмени.

– Говорил, говорил. Вари, очень есть хочется.

Не переодеваясь, воодушевленный Борис отправился на кухню готовить обед. Татьяна, немного утомленная дорогой, осталась сидеть на диванчике в прихожей. Она откинулась на мягкую дутую спинку, обитую натуральной кожей, и закрыла глаза. Как приятно было снова оказаться дома после всех злоключений. Верно ведь говорят: дома и стены лечат.