Не она

Она стояла к нему боком, с дамской сигаретой в руках. В классах никто не курил, но ей было на это плевать. Идеально отглаженная, полупрозрачная, белая блуза застегнута под горло на мелкие жемчужные пуговки, рукава как крылья подчеркивают красивые руки, кружевной бюстгальтер матово белеет под шелком, подчеркивая высокую, большую грудь. Юбка черная до колен с большим разрезом посредине, открывает красивые, длинные, идеально ровные ноги, на которых надеты чулки – это Артем почему- то точно знал.

Ее малиновая помада ярко подчеркнула мягкие, пухлые губы, но Марьяна не выглядела вульгарно, напротив она была безупречна, как леди. Ее образ довершала строгая укладка – черные, блестящие как шелк волосы собраны в причудливый бант, в центре которого искрился камень, как роса в сердцевине цветка.

Ее движения мягкие и грациозные как у пантеры, зелено- желтые глаза только подчеркивали это сходство с большой кошкой. Она гипнотизировала взглядом, не говоря ни слова, и Артем знал, что некоторые парни делали втайне ее фото и мастурбировали на него ночами.

Артем до встречи с Марьяной Сергеевной, в свои восемнадцать считал себя довольно опытным в отношении дамочек, он выглядел немного старше своих лет, поэтому в его подружках уже успели побывать не только юные девочки, но и женщины постарше.

Но сейчас он стоял и смотрел, как сопливый подросток, который подглядывает в дырочку в стене женской бани, и боится, что его застанут на месте преступления.

Марьяна выпустила тонкую струйку дыма, чуть запрокинув голову:

– Абрамов, ты за этим вернулся? – и протянула ему планшет, все также стоя полу боком к нему.

Он сбивчиво и торопливо поблагодарил:

– Спасибо Марьяна Сергеевна, – пора было уходить, но он все топтался на месте.

Она первая нарушила тишину:

– Сегодня последняя лекция в моем исполнении. Так что Абрамов, мы больше не увидимся.

Артем замер, как последняя? Никто не хотел, чтобы она уходила, и все уже забыли, что до нее существовала Лилия Павловна – их англичанка.

– Не уходите.

Марьяна Сергеевна, наконец, повернулась к нему лицом:

– Зачем?

Артем и сам не знал, зачем такой шикарной женщине оставаться в универе и рассказывать на безупречном английском то, что они все равно не понимают, а только смотрят, открыв рот на ее ноги, губы, чертовские, с восточным разрезом глаза и млеют.