Бездна

Ксюша, хотя и сама еле ноги передвигала, могла рвануть к нему – в Мариуполь, только бы оказаться рядом, только бы помочь ему пережить это горе.

При воспоминании о жене, его тело наполнило тепло, так и хотелось уткнуться в ее мягкое плечо и прижать к себе крепко- крепко.

Но, он сидел в опустевшем кафе. Дядя Толя смущено кашлянул:

– Влад, сынок, приходи к нам, не надо тебе сейчас одному…

Влад кивнул и наконец, молча встал, и они втроем с дядей Толей и Настей отправились в то место, которое Влад когда- то называл своим домом.

Глава вторая «Забытье»

Она, не отрываясь, смотрела на кисть его руки, свисающую с кровати, на длинные пальцы, один из которых украшало обручальное кольцо. Закатанные рукава белой рубахи открывали широкие запястья, вены чуть набухшими жгутами бежали к локтю.

Ей казалось, что она не имеет право тайно, и так пристально разглядывать его руки – сильные и мускулистые в предплечьях, его глаза с подрагивающими во сне черными ресницами.

Но она не смогла заставить себя уйти, жадно всматриваясь в четкую линию его чувственных губ. Несмело и невесомо, одними лишь кончиками пальцев прикоснулась к его щеке и провела дрожащей от волнения рукой до виска, касаясь черных прядей его волос.

Он вздрогнул, и Настя сразу отшатнулась, как будто неведомая сила стыда отбросила ее на метр. Влад поднял голову с подушки и опять опустился на нее, встречать новый день не хотелось, но спасительное забытье ушло.

Он открыл глаза и, щурясь от солнечного луча, пробившегося из- под неплотно задернутой шторы, наконец, понял, что не один.

– Настя? – голос прозвучал хрипло, как у курильщика со стажем. Он откашлялся, – Я уснул у вас?

Настя хотела что- то сказать, пожелать доброго утра, или что там обычно говорят проснувшемуся человеку, но ничего не приходило на ум. И она только молча кивнула.

Влад встал с кровати, приглаживая взлохмаченные от подушки волосы, как ни странно голова не болела, вчера после кафе, уступая уговорам дяди Толи, он зашел к ним, потому что не хотелось оставаться одному в пустой квартире.

Сидели на кухне, курили, и пили фирменный самогон дяди Толи, вспоминая его маму, помянули и отца, который умер два года назад, в самом начале этой дикой пандемии коронавируса. Его ранняя смерть повлияла на маму, хотя она держалась молодцом, никогда не жаловалась, но Влад знал, что ей отчаянно не хватает отца.